Послание в будущее

Солдаты вдруг взорвались и закричали:

– Он еретический проповедник…

– Растлеватель душ…

– Прикажи казнить их!

– Отправим их чертям на съедение!

Солдаты петушились, а командир хотел их заткнуть строгим приказом, но вдруг они сами все заткнулись как один, низко поклонились и пропустили вперед высокого священно–служителя, которого сопровождал отряд рыцарей в красных доспехах.

Подняв глаза, Ян увидел перед собой человека в фламандском пурпурном плаще, который был расшит нитями чистого золота и украшен многочисленными драгоценными камнями.

В правой руке он держал величественный золотой посох, похожий на копье с инкрустированным бриллиантами и текстом молитвы «Отче наш» на латыни. На указательном пальце его левой руки сверкал огромный перстень с крестами из бургундских сокровищ.

Окружающие его рыцари в красных доспехах молча стояли вокруг него.

За кардиналом тенью следовал пастор Флуктус, с позолоченной книгой святого писанием в руках, который громко объявил:

– Его высокопреосвященство кардинал Лохелиус, надзиратель по делам веры, духовный наставник его величества императора Фердинанда.

Командир низко поклонился священнослужителю и сказал с почтением:

– Мы тут поймали еретиков…

Не ответив командиру, кардинал со строгим взглядом изучил обстановку, медленно подошел к пленникам и внимательно их разглядел. Затем он подал руку с перстнем Яну, помог ему подняться и обратился к нему на латыни:

– Приветствую тебя, Комениус…

Ян удивился:

– Вы меня узнали?!

Кардинал не обратил на это внимания и обернулся к Снитеку, предлагая встать:

– Ваше высочество, вы молодой граф Жиротинский.

Приветствую вас.

Снитек встал и угрюмо поклонился.

Кардинал сказал:

– Пожалуйста, простите за грубость этих неотесанных солдат.

Снитек потребовал:

– Ваше преосвященство, велите им вернуть мой меч.

Кардинал приказал:

– Верните меч молодому графу!

Солдаты немедленно подчинились, хоть и удивились.

Затем кардинал повернулся к Яну:

– Господин Комениус, признаюсь, я приятно удивлен встретить вас здесь. Конечно, я желал бы познакомиться с вами в обстановке большего почтения к вам. Однако судьба распорядилась обустроить наше первое общение в окружении грязных солдат и горящей школы.