Живой ты не вернешься

Пальцы зашевелились в плетении боевого заклинания, в ту же секунду шею сжало стальной хваткой его ладони. Мир померк, все тело онемело, моя рука безвольно опустилась.

– Дай угадаю, – ухо обжег шепот, – все эти годы ты представляла, что сделаешь в нашу встречу. В деталях и победных красках. Став взрослой, сильной, такой смелой. Покажешь, на что способна, за прошлое отомстишь – красиво и триумфально. Нет, так не будет.

Хватка крепла, не давая ни шанса вдохнуть. Я вздрогнула, ощущая свой пульс на кончиках его пальцев.

– Вот она, – донеслось сзади. Приглушенно, как сквозь толщу воды. – Мы ее чуть не упустили… Одна тут шастает?

Велизар отвернулся. Железные пальцы соскользнули с моей шеи, я сползла по стволу вниз. Долгожданный вдох показался обжигающим, лес заволокла пелена. Но подоспевших типов я разглядеть сумела. Сколько их было, понять не могла. Силуэты размывались, в глазах плясала рябь.

– Одна, – ответил Велизар.

– Кто она такая вообще?! – взревел зло третий голос. – Тава еле жива.

Это про Октавию? Тава… Мило-то как.

– Тоже от патруля отстала, что ли? – Размытая фигура сплюнула в траву рядом со мной, и я мысленно отметила четвертого. – Не их маршрут, и тот страж сказал, что из крепости сюда через день не ходят.

– Тело нашли и отправились по следу, пока не развеялся, – вывел пятый адепт. – Пришли выяснять, что случилось. Подвернулся он нам кстати, но в гарнизоне, очевидно, не купились на то, что его местная ведьма пришибла.

Симон, Симон, неудачно ты в кусты отошел. Нарвался на кого-то из Культа. Утащили в деревню, допросили и избавились? Вот и разгадка. Я хрипло рассмеялась, горло отозвалось жгучей болью, словно его по-прежнему сжимало. Зато рябь перед глазами спадала, я с усилием сморгнула ее остатки – раз, второй, третий. Откашливаясь и стараясь сосчитать магов из Культа. Вроде шестеро прибежало. Многовато. Впрочем, о чем я?.

– В патруле ей делать нечего. – Он смерил меня задумчивым взглядом. – В крепость не распределили бы, слишком юная.

Кто-то меня недооценивает… Это неожиданно придало сил. Я вжалась в дерево, не подавая виду, как по крупицам возвращаю контроль над телом. Наверняка они поверят, что сдалась… В полуобмороке и напугана. Последнее и изображать не приходилось. Страх продолжал клокотать внутри, но теперь уже вместе с решимостью.