Густав

Иван представлял себе, как негнущиеся пальцы-сосиски, обремененные увесистыми перстнями, медленно перебирают его работы, а давно разучившийся удивляться, пресыщенный взгляд подолгу задерживается на деталях, не в силах оторваться от предыдущих, чтобы тут же залипнуть на последующих…

Затем мужик с лишним весом будет дрожащим голосом умолять худосочного автора продать ему хотя бы одно, самое плохонькое произведение. Он готов будет предложить любые деньги для того, чтобы потом единолично наслаждаться своим приобретением где-нибудь в приватной обстановке роскошного особняка; развалившись в кресле и лениво посасывая толстую кубинскую сигару под треск горящих поленьев в искусно сложенном камине…

Улыбаясь своим мыслям, в верхней части картины Иван старательно выписал застывшую в медитации муху.

Добавив еще несколько штрихов, юноша прищурился, вбирая в себя рождающееся творение. Похоже, результат грозился превзойти самые смелые ожидания…

Глава 2.

– Имей в виду, что я здесь только ради тебя! – капризничала Ирина, едва поспевая за подругой на высоких каблуках.

 – Эта «ярмарка тщеславия» заранее действует мне на нервы!

В следующую минуту женщины попали в окружение ярко разодетых людей, устремлявшихся так же, как и они, к главному подъезду представительного здания Гостиного Двора на Ильинке. Начало лета выдалось жарким, от вчерашней грозы не осталось и следа, и, несмотря на вечернее время, воздух насыщала духота, особенно в тесной толпе, сгущавшейся с каждым шагом.

Внезапно шпилька Ирины увязла в щели металлической решетки, не замеченной из-за высокой плотности людей. Стараясь удержать равновесие, женщина рефлекторно вцепилась обеими руками в крохотный лакированный клатч, который сама же держала под мышкой. Это движение оказалось совершенно бесполезным – зато неприятная толпа неожиданно удачно сработала амортизатором, не позволив леди утерять лицо, растянувшись во весь рост.

Подавив ругательство, Ирина произвела аккуратный зигзаг пяткой, освобождаясь из плена невидимого капкана.

Перед ней маячили густые темные волосы, рассыпанные по плечам Анны. Они же служили ориентиром для движения вперед, и Ирина продолжила ворчливо обращаться к спине подруги.

– Только потому, что твой Олежка спонсирует эту Грымзу! А иначе ноги бы моей здесь не было! Впрочем, не имеет смысла это повторять, ведь тебе и без того все отлично известно! – провозгласила она, тряхнув модной стрижкой светлых волос.