Бизнес по-русски

Его задел тот факт, что мы посмели его оскорбить, и он, будучи настоящим куском говна, позвонил мне вечером и сказал, что мы должны выйти на работу в единственный выходной день, потому что начальство сильно ругается за срыв ремонтных работ.

– Татарин, бля, у меня завтра день рождения, ты хоть понимаешь, что я не могу выйти на работу?

Он бросил трубку, а через минуту перезвонил и надменным голосом сообщил:

– Вы уволены! – и снова бросил трубку. Своим блядо-поведением он напоминал мне мою бывшую.

Я перезвонил и спросил, по какой причине мы уволены и когда мы сможем забрать заработанные деньги.

– Я сделаю все, чтобы вы не получили ни копейки! Либо выходите на работу, либо пошли на хуй.

Первое, что я хотел сделать – это избить этого мудака. Но я понимал и другое – мы завершили больше половины работы, а руководство было настолько суровым, что оно реально ничего бы нам не выплатило. Садиться в тюрьму за нанесение тяжких телесных я не хотел, и сессия, за которую нужно было платить, уже была на носу.

Я запомнил на всю жизнь свой 23-й день рождения, когда мне пришлось выйти на стройку и делать цементную стяжку на крыше. Но самое ужасное было другое: мои компаньоны Глобус и Родя пребывали в состоянии сильного алкогольного опьянения и не смогли явиться на работу. Вот тогда я понял, что с этими людьми больше никогда не буду иметь общих дел. Шел холодный осенний дождь. Я вымок до нитки, и, пока Татарин носился рядом, пытаясь мне активно помогать, я проклинал всех и вся на этом белом свете.

Кровельные работы завершились благополучно, но, из-за бездарности Татарина, вместо отведенной недели наша работа затянулась на тридцать дней. Мы явились в строительную контору получать обещанные пятнадцать тысяч на брата. К нам вышел начальник, который достал из сейфа здоровенную пачку денег и сказал:

– А почему Татарин сказал дать вам по десять штук вместо пятнадцати? Я думаю, это очень мало.

У нас глаза полезли на лоб.

– Какие десять штук?

Начальник, хоть и был строгим, но понимал – Татарин мутит воду. Он тут же набрал его номер и спросил:

– Ты че там мудришь, бля? Парням было обещано пятнадцать тысяч, а ты указываешь десять! Какого хуя?

Мы просто кипели от злости, а в это время Татарин активно объяснял, почему нам следует урезать оплату. Он выдумал абсолютно левые причины и, перечисляя их одну за другой, выходила картина, что нам вообще нужно урезать все вполовину.