Бизнес по-русски

Пытаться на него давить – совершенно бессмысленное дело, здесь необходимо было давить на букву закона, а еще лучше – провести беседу при поддержке закона.

Вы, должно быть, подумаете, что я тупой идиот, раз связался с уголовниками, пытаясь заказать у них торговые витрины. Но весь секрет заключался в том, что у меня были свои «козыри» в кармане, и если бы я не был уверен в том, что у меня есть рычаги давления, я бы никогда не обратился к уголовникам.

Настал момент, когда мне пригодились мои связи. Я позвонил отчиму, действующему сотруднику полиции, и объяснил суть ситуации.

Спустя пять минут мы уже ехали в исправительную колонию к этому тупому мебельщику. По пути я решил подстраховаться, и вызвонил своего родственника, который, по стечению обстоятельств, являлся оперативником в этой же исправительной колонии. Звучит как фантастика, но это были два моих секретных козыря. Я был совершенно спокоен, потому как знал, что этот Вадик сейчас вернет все до копейки.

Возле ворот нас поджидал мой родственник.

– Ну что, пошли, поздороваемся с Вадиком?

Пока мужики докуривали сигареты, я первым вошел в мастерскую к этому «блатному».

– Привет, Вадик. Скажи мне, почему стоимость заказа взлетела на пятнадцать тысяч?

Вадик, увидев меня, расправил крылья и принялся меня «лечить»:

– Фони-мони, базар-вокзал, пять лет без конфет и дискотек. Братва говорит – дешевле никак, надо заплатить, короче.

Я выслушал его блатную блевотину, и сухо объявил:

– Тогда заказ отменяется.

Нужно вернуть мой залог, и, желательно, в течение этого часа.

Он тут же включил режим «ушлого барыги».

– Ты че, братан, так дела не делаются! У меня ведь и денег на руках нету. Ты, если витрины хочешь, так ты до конца лямку тяни, ты не мужик, что ли?

Я спокойно слушал его слова, понимая, что по-хорошему с ним договориться не получится – этот человек понимает только язык силы.

В этот момент в мастерскую вошли два человека в форме, и это был самый крутой поворот. Ох, как же сладко было наблюдать, как языкастый Вадик на глазах превращался из крутого сидельца в обыкновенного «шныря».

Он мгновенно начал вести абсолютно цивилизованный диалог на человеческом языке, и спустя пятнадцать минут в мастерскую прибежала его супруга, которая снимала квартиру неподалеку. Она принесла всю сумму, и наш спор был улажен.

Кстати, все переговоры вел я, рядом стоящие люди в форме не проронили ни слова. Я не гнул пальцы и не перегибал палку.