Брат Смотрящего

Они говорили обо мне, при этом не обращая на меня никакого внимания. Создавалось ощущение, что меня пытаются продать, словно негра на ярмарке. Типа, «посмотрите на его здоровые зубы и сильные ноги, этот ниггер будет хорошо работать в поле!» Ну, во всяком случае, мне казалось, что все выглядело примерно так.

Директор взяла бумаги и, не поднимая головы, досадно произнесла:

– Ни отца, ни матери?

Вот тут одна из женщин возразила:

– У него, кстати, есть старший брат!

Директор впервые посмотрела на меня и с удивлением спросила:

– А почему про его старшего брата ничего в документах не указано?

В этот момент все изумленно уставились на меня.

Ну наконец-то, первая встреча глазами! Здравствуйте вам!

Какая-то женщина начала копошиться в бумагах и стала объяснять:

– Дело в том, что он не родной, а сводный, и он сейчас отбывает очередное наказание в исправительной колонии. – После небольшой паузы она тихо добавила: – Судя по бумагам, он рецидивист…

Весь состав комиссии разом выдохнул:

– А-а-а-а! Уголовник, значит?

Вот тут следует сделать небольшое отступление и немного поведать о сводном брате.

Был он мне родным по отцу, и видел я его еще в совсем юном возрасте, но письма, помнится, он писал домой исправно, да что толку? Когда отца не стало, то домой он заглядывал крайне редко, и я его почти не видел. Но, в условиях сложившихся обстоятельств, был он мне единственным близким по крови человеком, роднее его никого осталось. И, как вы уже поняли, пользы от этого было крайне мало – никто из комиссии даже в мыслях не допускал факт, что брат-рецидивист мне сможет чем-то помочь, он же потерянный для общества человек.

Процедура знакомства закончилась тем, что мне объяснили свод простых правил из разряда:

– С этого дня приют – твоя семья, и здесь мы все делаем сообща, все друг друга уважают и слушаются старших… Бла-бла-бла…

Но вот что мне запомнилось больше всего, так это финальное напутствие директора:

– Запомни: тебя здесь никто не держит, и если будешь нарушать дисциплину или устроишь побег, мы за тобой бегать не будем, а молча сдадим тебя в областной спецприемник, а оттуда поедешь в исправительную школу для трудных подростков.

Этот расклад в корне менял дело. Кто же не слыхал про закрытую школу-интернат? По сути, обыкновенная тюрьма для детей, правда, режим там помягче. Но одних только слухов о том, что там творится, хватало, чтобы усмирить любого подростка-хулигана.