ЦРИ-3

А теперь ты скажешь: срок, статья, место отбывания наказания!

Я просто охуел от такого напора, но Чолах был неумолим. Линза назвал статью наугад, надеясь отъехать, но Стас переспросил:

– Что? Еще раз хорошо подумай, сука, я тебя в последний раз спрашиваю!

Линза замялся.

– Ты, значит, блатной у нас, да? Руки крыльями, и порядки свои тут, сука, вздумал ставить? Еще и пиздобол на поверку оказался, так? Ты вот щас согласись, что ты спиздел?

Линза кивнул головой, Стас одобрительно улыбнулся:

– Ну вот и славненько…

В следующую секунду Линза выхватил охуенную подачу с кулака прямо в пятак – у Стаса был хорошо натренированный удар.

Его оттащили за шкварник к раковине, и, пока Линза смывал кровь, Стас хорошенько его обработал на словах:

– Ты же по понятиям живешь, верно? А по понятиям пиздоболов ебашить надо, правильно? Вот я тебя и прописал по букве твоего же закона, согласись, справедливо? Еще раз услышу твою блатную романтику – разнесу ебло в клочья, договорились, блатной?

Линза растирал кровь водой, сплевывал жирные сгустки в раковину и кивал головой:

– Претензий нет, все хорошо.

С Линзой на время было покончено, оставался Токсон. Но сначала его надо было поймать…

Глава 5. Кровавая баня

Буквально в тот же вечер Стас выловил выебистого Токсона. У них состоялся интересный диалог. Дело в том, что Стас любил подкалывать оппонентов, задавая провокационные вопросы.

– Ого, ну и «портаки» у тебя! Ты, видать, это, бывалый арестант, да?

Токсон вообще никак не реагировал на слова Стаса. Он сохранял хладнокровие, тем самым создавая вид своей охуенной важности.

Стас не унимался:

– По какой статье чалился-то?

И тут Токсон выдает:

– Да так, хулиганка.

– И сколько тебе сроку отвесили за этот подвиг?

– Нисколько, в СИЗО пару дней продержали и отмазали.

Стас оживился и задал контрольный вопрос:

– СИЗО? На централе в Екатеринбурге, что ли?

И вот здесь Токсон допустил ошибку, он сказал:

– Нет, меня закрывали по месту жительства, в деревне…

Вся соль заключалась в том, что Токсон перепутал деревенское КПЗ со следственным изолятором. Это означало, что перед Стасом стоит чувырло, по сути, мудак-самозванец, который вообще не имел отношения к местам лишения свободы.