По ту сторону добра

На улице трещал мороз, было холодно, и мы с Артемом решили зайти погреться к Порфирию в сторожку. Порфирий Петрович лет двадцать уже работал сторожем на кладбище, что находилось на окраине города за мостом. Место глухое, тихое, как и подобает, в общем, для покойников.

Из трубы деревянной сторожки валил прямым светлым столбом дым, в маленьком окне горел желтый свет. Я поднялся по двум ступенькам крыльца и постучал в дверь.

– Кого там леший приволок на ночь глядя? – раздался из сторожки строгий голос деда.

– Это я, Санька, открой, Порфирий, замерзли уже по улице шататься.

Засов щелкнул, и дверь распахнулась, обдав гостей теплом и табачным перегаром. В дверях стоял Порфирий – невысокий светловолосый старец приятного вида с алюминиевой кружкой чаю в руках.

– Ну, что стоите, тепло выпускаете. Заходите, коль пришли.

Мы протиснулись в каморку, топчась и толкаясь от удовольствия быть в чужом жилище и, зная, что сейчас нас еще и чаем напоят.

В буржуйке, расположенной в углу комнаты, тихо потрескивали горящие дрова.

Рядом у стены аккуратно сложены березовые чурбаки, заблаговременно натасканные с улицы еще засветло. На простеньком столе расположился носатый чайник и тарелка с квадратными разломленными печеньями, а также лимонными конфетами в желто-зеленой обертке. Над столом висел пожухлый календарь с изображенным на нем островом, смешными длинными пальмами и жарким палящим солнцем. Некоторые даты на нем были обведены кружочками или просто зачеркнуты.

Гости сняли куртки и повесили их на гвозди, вбитые прямо в стену у окна. Артем сразу шагнул к печке и вытянул руки, потирая их и щурясь от язычков пламени, облизывающих решетки дверцы. С его рук тут же пошел пар.

– Ааа, хорошо, – заулыбался продрогший Артемка.

– Чайку? – спросил гостеприимный сторож.

– С конфетами? – уточнил я.

– Можно и с конфетами, – обтерев усы и повернувшись к столу, согласился Порфирий.

Достав бутылку воды, он налил полчайника и поставил его на «буржуина», как он называл печурку.

Капельки воды, попавшие на плиту, тут же злобно зашипели, подпрыгивая и испаряясь.

От тепла мы разомлели, а приятные дедовские сборы с чаепитием только усиливали ощущение домашнего уюта. И вот мы уже сидим и пьем чай с конфетами, не спеша потягиваем горячий крепкий напиток, хрустя печеньем и шурша обертками конфет. Мы разговорились, вспоминая всякие веселые приключения.