Искусники

Карита ущипнула его за руку:

– Просто ответь, «Д» или «Н», двигаемся дальше или нет.

– Я к вам присоединюсь позже. – Пообещал он, вставая.

– «Д» или «Н»? – настаивала Карита.

– Да, черт побери, – устало выговорил он. – То есть, «Д». Но не отключайтесь. Пусть действие продолжается!

Проулок растворился в чернильной тьме.

* * *

После команды отсоединиться видеошлем автоматически расстегнулся. Гейб снял его, одновременно отключая контактные провода, идущие к нему от виртукостюма. Шлем был самой последней модели, намного легче прежнего, но Гейбу все равно иногда казалось, что у него на голове мусорный бак.

Какое-то время он постоял на симуляционной арене, восстанавливая ориентацию. К полудню все тело будет ломить от диких бросков, которые он сегодня здесь совершал. Будто мальчишка-переросток, возомнивший себя суперменом. Арена была немаленькой: пожалуй, самая большая в «Диверсификации». За пятнадцать лет она выросла до размеров баскетбольной площадки – шесть метров в высоту, со всем необходимым оборудованием: бегущей дорожкой, лестничным маршем с меняющейся высотой ступенек, сборным помостом, модулями, заменяющими мебель, толстыми матами.

Помнится, он добрый час втискивал элементы конструкции помоста, со всеми его плоскостями и поверхностями, в грузовой лифт, а потом еще столько же собирал их в нужной последовательности для сцены с ловушкой и желобом. Теперь, глядя на голый скелет, без наложенной симуляции, он испытывал странное чувство стыда, хотя в комнате кроме него никого не было.

«В чем дело, вертун – в игрушечки играем?» – раздался в голове хрипловатый голос Марли.

Видеошлем лежал у него на коленях, словно огромный раскрытый молитвенник, в два раза больше его головы. Основная часть внутренней поверхности была занята экраном, плотно прилегавшим к глазам, наподобие маски аквалангиста, а вокруг располагалось множество лазерных мини-проекторов. Лучевое перекрытие намного превосходило показатели прежней модели.

Можно было смотреть в любом направлении, и лучи, отражающиеся от роговицы глаз, мгновенно смещали картинку, которая разворачивалась так же плавно, как если бы он действительно озирался вокруг. Благодаря этому еще легче было погрузиться в симуляцию, чему он отдавался полностью, пока напоминание не заставило его вернуться в реальность.

Он отнес шлем к столу и положил там. Стационарный монитор показывал, что симуляция развивалась дальше без него.