Лирика рубинового шефа

Ваш дядя…

В это мгновение засветился боковой экран. Благообразный Николай Григорьевич засмеялся и сказал:

– Надя, оставь девушку в покое. Она не трогала твоего Захара.

Тут же на потолке засветился круглый экран, на котором показалось лицо Захара:

– Девушки, не шумите. Все в порядке. Хотите, мы вас прокатим на новом летающем устройстве?

– Захар, шел бы ты… – крепко выругалась красавица в черных мехах.

– Разве девушки так ругаются? – удивилась Рита.

– Ха—ха—ха! – рассмеялся седовласый дядя. – Надя показывает свои знания во втором языке, и она еще не все сказала.

Стены домика раздвинулись в обе стороны, и девушки оказались среди заснеженных шатров елей. На поляну опустился конус с сиденьями, расположенными по периметру. Странная кабина была закрыта прозрачным защитным стеклом. Рита и Надя сели с разных сторон конуса. Летающий конус, медленно вращаясь вокруг своей оси, достаточно быстро стал подниматься вертикально вверх. Поляна с домиком из двух половинок осталась в лесной тишине.

Летающий конус приземлился на городской площади с конусом праздничной сосны.

Сосна сегодня – верх очарования, она бела до кончика иглы, и ей сегодня "королева" звание. Березы в белой зависти скромны. О, как чудесно в белой сказке леса среди ветвей и елочных страстей, где ветки чуть изогнуты от веса, где снег, застыв, обвился вкруг ветвей. Вот небеса морозны и парадны,

голубизна, сугробы облаков. И наша жизнь проходит явно складно, а фоном служит инея покров.

Нужна любовь или ее замена, нужны снега и зябкая метель, нужна, как верность, мелкая измена, нужны мне руки, брюки и отель.

И в роскоши лесного наслаждения, и в контурах белеющих берез, мелькает лишь о лете сожаленье, мне не хватает просто алых роз.

Набежали репортеры. Приехало телевидение. Рита и Надя оказались в центре событий дня. Надя отвечала репортерам на очень правильном языке, она говорила красиво и без мата, чем очень позабавила Риту. Рита в очередной раз поняла, как важно владеть бисером слов. Вот ведь может Надя метать бисер перед репортерами! И она будет метать бисер слов перед людьми, а куда деваться?

Николай Григорьевич мог стоять на голове, он хорошо владел телом, много занимался суставной гимнастикой, легко взбегал по ступенькам.

Ему ничего не стоило облиться холодной водой, эту процедуру он проделывал ежедневно. Благодаря физическому совершенству своего организма, он оставался главой корпорации летающих объектов.

Надя меньше всего следовала примеру дяди.