От любви до ненависти и обратно

– Нет уж, спасибо! – ответила как отрезала суровая Аня, когда мы втроем подошли к бару и заказали очередные Куба либре.

– Что так? – удивляясь, засмеялся парень.

– Все просто! Анька недавно рассталась с парнем – предателем. – Я грустно скривила лицо, вспоминая последние ее и мои проваленные попытки наладить личную жизнь.

– Да, я теперь жду, пока у меня рога отпадут. Как у взрослого оленя! Это вроде бы весной происходит? Надо у Громова уточнить. – Аня сделала такое задумчивое лицо, словно она всерьез размышляла над этим вопросом.

 – Вот, пока эти не сброшу, новые я себе точно не хочу!

Услышав ответ подруги, Алеша раскатисто рассмеялся. А когда успокоился и вытер проступившую слезу, повернулся ко мне.

– Ну а ты чего, не хочешь с кем-нибудь познакомиться?

– Не знаю, думаю, что клуб не самое подходящее место для знакомства.

– Пойдешь искать избранного в библиотеку? – прыснула Анька.

– Что поделаешь, если мозги привлекают меня сильнее мышечной массы, – парировала я.

 – А если серьезно: не нужно мне все это!

– Маришка, не глупи! Ты интересная, молодая и красивая девчонка! Я не поверю, что тебе не нравится мужское внимание.

Я невольно повернулась в сторону кабинки, чтобы посмотреть на Сашу. Но никого не увидела. Скорей всего, он вернулся на свой укромный диванчик с очередной моделеподобной. Пришлось тряхнуть головой, чтоб прогнать шальные мысли. А мне-то какое дело до его личной жизни?

– Нравится, конечно, – честно ответила я, а выдержав паузу, добавила: – Но я сейчас не нуждаюсь в серьезных отношениях.

– Что, хватает одноразового перепихона? – прозвучал саркастический мужской голос за спиной, прямо над моим ухом.

Я даже вздрогнула от неожиданности.

От такой невероятной наглости и грубого вмешательства Алеша напрягся как струна и с серьезным лицом двинулся на Сашу. Я успела его остановить, положив руку ему на грудь.

Поворачиваясь к Саше нарочито медленно, я сделала глубокий вдох, чтобы выдать ответ на выдохе, как пощечину.

Даже ладонь начала покалывать в предвкушении встречи с кожей наглеца. Только заглянув ему в глаза, я потеряла дар речи и даже дышать перестала.

Вблизи Саша выглядел еще крупнее и старше своих лет. Полностью превосходил в росте и мышечной массе моего нового друга-защитника. Громов всегда был красивым парнем. Он, как дорогой портвейн, с годами становился только лучше: интереснее, привлекательнее, мужественнее.