От любви до ненависти и обратно

 – Это я виновата?

– А кто, я, что ли, перестал с тобой общаться на нормальном человеческом уровне?

– Человеческом уровне? – запротестовала я сильней, готовая лопнуть от возмущения. Румянец прилил к щекам, а рука так и тянулась дать ему хороший подзатыльник. А то еще лучше – взять и укусить за плечо. – Да что ты знаешь…

– Та-ак, хватит! – воскликнула Аня, снова оттаскивая медленной поступью подбиравшегося ко мне Сашу, как рефери на поединке бойцов. А я усердно боролась с желанием рвануть и отвесить ему заслуженную пощечину.

Не по почте же ее отправлять: я хотела убедиться, что она доставлена адресату.

Как он смел попрекнуть меня дорогими подарками? Да, по сравнению с Сашиной семьей мои родители были очень богаты, но я никогда не видела в этом проблемы и не вела себя с ним высокомерно! Наоборот, я всеми силами старалась быть скромнее, чтобы не обидеть друга. Сколько раз я уговаривала маму и папу, прибегая к слезам, не отправлять меня в другую школу, а потом на учебу за границей, чтобы продолжать нашу дружбу? Сколько раз я доказывала, что Саша хороший парень, несмотря на его взрывное поведение? И причина, по которой я перестала с ним говорить, – совсем не моя машина!

Когда на следующее утро после моего двадцать первого дня рождения я вернулась в свою малюсенькую квартирку, я еще долго ходила по комнате, нервно грызла ногти до крови и думала, как мне вести себя дальше.

Несмотря на всю мою обиду и решимость не продолжать общение с Сашей, я не была уверена, что у меня это получится! Невозможно разорвать такую связь, думала я.

Мне казалось, что я готова закончить дружбу с ним. Но доказательством обратного стало мое следующее действие. Саша отправил мне послание с коротким вопросом: «Ты дома?» И при всем моем желании не отвечать, пальцы сами набрали «Да». Через пятнадцать минут тишины я услышала звонок в дверь. Искренне надеясь, что это не он, я отправилась на ватных ногах открывать злосчастную входную дверь. Я не была готова с ним говорить: все еще очень злилась и была уверена, что, останься мы наедине, выдадим друг другу очередную порцию гадостей, окончательно и бесповоротно рассорившись.

– Привет, – прозвучал грустный голос парня, когда я открыла дверь.

Он прошел внутрь, по пути наклонился и поцеловал меня в щеку; попытался, но я слегка отклонилась. Меня обдал легкий запах алкоголя и женских духов; приторно сладкий, тошнотворный, знаменитой и дорогой марки.