(Не) измена

Как так? За что? Почему он так поступил? Чем я всё это заслужила? Мучила себя кучей вопросов, ответов на которые не находила. Меня трясло, колотило мелкой дрожью. Казалось, что внутренние органы стягивает тугим узлом. Я даже описать не могу все те ощущения, что сейчас испытывала.

Из лифта выскочила как ошпаренная. Бежала на выход из отеля к машине, на ходу ища в сумочке ключи. Кое-как онемевшими пальцами сняла сигнализацию. Казалось, что мои разум, тело и душа в этот момент существуют отдельно друг от друга. Полная дезориентация в пространстве.

Полное отсутствие понимания происходящего. Только мысль «мой муж меня предал», как заведённая сирена многократно повторялась и прокручивалась в мозгу.

– Варя! Да подожди ты! – с ужасом обернулась и увидела бегущего мужа. Пока ещё мужа.

Открыв дверь машины, забралась внутрь и успела заблокировать замки до того, как меня догнал Никита. Чувствую, как по щекам катятся обжигающие кожу слёзы. Как размывается и теряет чёткость картинка. Как щиплет глаза из-за потёкшей косметики.

Добежав до машины, он начал дёргать ручку и стучать в окно. А я его толком и не видела. Всё слилось в кучу. Нечёткое и смазанное. Размытое пятно. Наверное, так даже лучше, чтоб не видеть его.

– Варя! Да открой ты эту чёртову машину! Тебе нельзя за руль в таком состоянии! Давай поговорим?! Слышишь меня? Я не спал с ней! Просто выслушай меня! Да блядь! – ещё один удар ладонью по боковому стеклу.

Я только мотала головой, размазывая слёзы руками. Не могла вымолвить ни слова.

В горле ком стоял, который не давал ни говорить, не вдохнуть полной грудью. И каждый новый неполный вдох обжигал нутро, будто в меня вливали огненную лаву.

Дрожащими пальцами провернула ключ в зажигании и переключила рычаг коробки передач. Снова утёрла слёзы. Но помогало слабо. Они снова и снова вырывались наружу. Видимо, поняв, что я хочу уехать, оббежав машину, Никита встал впереди и упёрся руками в капот. Самоубийца. Даже не представляет, каких усилий мне сейчас стоит не нажать на газ.

– Уйди! Просто уйди! – орала, срывая голос. На смену заторможенности и неспособности говорить, подступила чистой воды истерика.

– Ты никуда не поедешь в таком состоянии! Я люблю тебя, слышишь? Выйди, и мы поговорим! Варя, не глупи. Ты разъебёшься в этой долбаной машине, если поедешь в таком состоянии! – кричал мне в ответ, лупя ладонью по капоту. Да вот разве ему не всё равно, что будет со мной? Он меня уже убил. Заживо закопал наш брак и совместные годы жизни.