Кольцо изоляции

Вернувшись в комнату, он обнаружил на столе записку от Лизы: «Я не знаю, смогу ли ещё выдержать такое. Возможно, это была наша последняя встреча». Сергей нахмурился, скомкал бумажку и швырнул в угол комнаты. Завалившись на кровать и положив руки под голову, он опустился на подушку. Она оказалась мокрой. Сергей поднял её и в лунном свете увидел на ней очертания лица, оставленные слезами.

Вспомнилось, как Лиза положила ему руку на грудь. Её теплота и забота как будто ошпарили его кипятком изнутри. Сергей потёр грудь, положил подушку, встал и подошёл к окну.

Несколько минут он стоял, глядя на луну. Потом развернулся, отыскал глазами, в какой угол выкинул записку, и поднял её. Развернув, он положил её на стол, лёг в кровать и уснул, не раздеваясь.

Напротив центральных ворот заставы стояли, обслуженные, заправленные и готовые к использованию в любой момент, УАЗ и БТР. Справа от центральных ворот располагалось одноэтажное здание, на табличке которого возле двери было написано «Дежурное помещение ГБУ», что расшифровывалось как «группа быстрого уничтожения».

Здесь во время дежурства находилась дежурная смена спецназа. Сегодня начальником смены был Сергей.

Солнце начинало садиться. Лютов достал свою чёрную кружку из шкафчика, положил две ложки кофе, две сахара и налил кипятка. От кружки пошёл приятный аромат. Размешав сахар, Сергей облизал ложку, положил её на стол и вернулся на своё место – кресло в центре комнаты перед телевизором. Удобно устроившись, он сделал глоток кофе, по телу разлилось тепло, и Сергей расслабленно выдохнул.

Справа от телевизора, вдоль стены под окном, стоял диван, на котором сидели четверо бойцов. Ещё двое сидели за столом и играли в карты. Последний курил на улице.

По телевизору показывали бой в восьмиугольнике между мексиканцем Герреро и итальянцем Сарто.

– Ставлю на итальянца, – сказал Корольков и, поднявшись с дивана, подошёл к креслу Лютова. – Три тысячи, – добавил он и осмотрел присутствующих.

Иван Савин, парень с чёрными короткими волосами торчком и квадратным подбородком, хлопнул в ладони и, растерев их друг об друга, улыбнулся.

– На Герреро четыре, – сказал он.

Остальные промолчали. Корольков ещё раз всех осмотрел.

– Ну, чего вы? Делайте ставки. Понятное дело, что макаронник победит, – сказал он. – Сергей Алексаныч, может ты хоть?

Корольков посмотрел на Лютова. Сергей сделал глоток кофе, хмуро глянул на Королькова и вернулся к телевизору.

– Выиграет Герреро, – сказал он.