Игра мистера Рипли

А вообще мы хотим, чтобы полиция выступила на нашей стороне.

Он продолжал расхаживать взад-вперед, глядя больше в пол.

– Первый мафиозо должен быть застрелен в толпе, в метро, которое у нас называется у-баном[15 - U-Bahn, сокр. от Untergrundbahn – букв. подземная дорога (нем.).]. Револьвер тут же выбрасывается, и… стрелявший смешивается с толпой и исчезает. Револьвер итальянский, отпечатков пальцев нет. Значит, нет и улик.

Он опустил руки, словно дирижер, закончивший дирижировать.

Джонатан почувствовал, что ему нужно передохнуть хотя бы немного, и снова опустился в кресло.

– Извините, нет.

Как только силы вернутся к нему, он встанет и уйдет.

– Завтра я здесь весь день и, вероятно, пробуду до воскресенья. Подумайте о моем предложении, прошу вас. Еще виски? Оно вас взбодрит.

– Нет, спасибо. – Джонатан заставил себя подняться. – Я пойду.

Уистер кивнул. Вид у него был разочарованный.

– И спасибо за угощение.

– Не стоит.

Уистер открыл дверь, пропуская Джонатана.

Джонатан вышел из номера.

Он ожидал, что Уистер сунет ему в руку карточку со своей фамилией и адресом. Джонатан был рад, что тот этого не сделал.

На улице Франс зажглись уличные фонари. Вечер, на часах 19:22. Не просила ли Симона чего-нибудь купить? Может, хлеба? Джонатан зашел в boulangerie[16 - Булочную (фр.).] и купил длинный батон. Как приятно снова заняться повседневными делами.

На ужин был овощной суп, пара остававшихся со вчерашнего дня кусочков fromage de t?te[17 - Сыр (фр.).], салат из помидоров и лука.

Симона рассказала о распродаже обоев в магазине, который находился недалеко от ее работы. За сотню франков они могли бы оклеить всю спальню. Она присмотрела красивые обои с розовато-лиловым и зеленым рисунком, очень светлые, в духе art nouveau[18 - Ар-нуво (фр.) – стилевое направление в европейском и американском искусстве конца XIX – начала XX в., то же, что модерн.].

– Ты же знаешь, Джон, в спальне только одно окно, и там очень темно.

– Звучит заманчиво, – ответил Джонатан.

 – Особенно если это распродажа.

– Самая что ни на есть. Это не тот случай, когда цену снижают на пять процентов, как это делает мой прижимистый босс.

Она обмакнула корочку хлеба в масло, которым был заправлен салат, и отправила в рот.

– Ты чем-то взволнован? Что-то случилось?

Джонатан неожиданно улыбнулся. Ничем он не взволнован. Хорошо, что Симона не заметила, что он немного припозднился, да еще и выпил.

– Нет, дорогая. Ничего не случилось.