Мистер Рипли под землей

]чая, поскольку от кофе у нее начиналось сердцебиение, и стала поправлять и расставлять многочисленные горшки с цветами на подоконниках, чтобы на них падало как можно больше солнечных лучей. А его coup de fil [15 - Телефонный звонок (фр.).]из Londres [16 - Лондон (фр.).]будет для нее большой радостью.

– Алло?.. Алло! (Телефонистка в ярости.)

– Алло? (Заинтересованно.)

– Алло!

На связи было сразу три оператора плюс женщина за коммутатором в «Мандевиле».

Наконец к ним присоединилась и мадам Аннет.

– Здесь очень красиво сегодня утром, – сказала она. – Столько солнца!

Том улыбнулся. Ее жизнерадостный голос действовал как бальзам на его душу.

– Мадам Аннет!.. Да, я чувствую себя прекрасно, спасибо. Как ваш зуб?.. Это хорошо. Я звоню, чтобы сказать, что буду сегодня дома часа в четыре вместе с джентльменом из Америки.

– О! – Мадам Аннет была очень довольна.

– Он останется у нас до завтра или, может быть, до послезавтра – трудно сказать.

Вы приготовите для него гостевую комнату? Немного цветов, и так далее. И было бы здорово, если бы вы смогли приготовить к обеду tournedos[17 - Бифштекс (фр.).] с вашим восхитительным bеarnaise[18 - Беарнский соус на основе яиц и растопленного масла (фр.).].

Мадам Аннет была вне себя от радости, что Том возвращается с гостем и у нее будет повод отличиться.

Затем Том позвонил Мёрчисону и договорился встретиться с ним в полдень в фойе, чтобы вместе ехать в Хитроу.

Том решил пройтись до Беркли-сквер, где находился магазин мужской одежды, в котором он почти всякий раз, бывая в Лондоне, покупал себе шелковую пижаму. Это стало своего рода ритуалом. Кроме того, ему хотелось проехаться на метро. Метро было неотъемлемой частью лондонской атмосферы, и Тому очень нравилось рассматривать рисунки и надписи, нацарапанные на стенах. Солнце уже совсем потеряло надежду пробиться сквозь влажную дымку, хотя и дождя практически не было.

Вместе с последними спешащими на работу лондонцами Том нырнул под землю на Бонд-стрит. Из авторов настенных граффити его больше всего восхищали те, кто умудрялся создать свое произведение, стоя на движущемся эскалаторе. На стенах туннеля было развешено множество плакатов, рекламирующих нижнее белье, – девушки в одних только поясах или штанишках с пририсованными анатомическими добавлениями – и мужскими, и женскими.