Сердце язычницы

По-английски ты говоришь правильно, разве что самую малость с заминкой. Ничего, это мы легко поправим: я сегодня же выпишу из Лондона учителя. – Леди Анна помолчала, разглядывая внучку зелеными глазами, поразительно ясными и проницательными. – Уверена: ты не посрамишь имя Монрой, дитя мое. Я еще буду гордиться тобой. Поскольку это входит в соглашение, ты ведь не станешь упрямиться и создавать мне трудности, не так ли? Будь умницей, Лилиа. Я говорю это, потому что знаю – ты унаследовала фамильное упрямство и самолюбие.

– Я хочу уточнить кое-что в нашем соглашении. Если я правильно понимаю белых людей, соглашение на то и существует, чтобы каждая из сторон оказалась в выигрыше. Иначе это принуждение.

– Верно, дитя мое, вот только… мне не нравится, что ты постоянно повторяешь «белые люди», и так пренебрежительно. Ведь и в тебе течет кровь белых. Ты полукровка, Лилиа, хотя это слово мне и претит.

– Так вот, – продолжала девушка, словно не слышала ее, – от того, что вы называете соглашением между нами, выигрываете только вы, но никак не я.

– Боже мой, что за вздор! Как это ты ничего не выигрываешь? Ведь теперь ты – наследница огромного состояния, а скоро к тому же войдешь в высшее английское общество!

– Что мне до вашего состояния? Что мне до английского общества? Я не с задворок пришла в ваш дом, я – дочь вождя, а это делает меня ровней принцессе! – Лилиа гордо вскинула голову. – На Мауи я принадлежала к высшему обществу! Но речь не об этом. Мне тоже должно что-то причитаться за труды.

Итак, я прилежно учусь всем светским премудростям, а взамен получаю право ездить на одном из чудесных созданий, называемых лошадьми!

– Боже мой, дитя мое! – Леди Анна всплеснула руками и от души рассмеялась. – Ты почти испугала меня. Да ведь каждая леди обязана уметь ездить верхом. Это произошло бы и без твоей просьбы.

Вне себя от радости, Лилиа бросилась к ногам бабушки и обняла ее колени.

– Значит, вы позволите мне ездить верхом?

– Ну конечно, дитя мое! Ах… понимаю. Ты думала, что я никогда тебе этого не позволю, опасаясь, как бы ты не сбежала из Монрой-холла? Дорогая моя, тебе не удастся добраться верхом до своего родного острова, а кроме того, я возьму с тебя слово.

Ведь принцесса не унизится до обмана, верно? Итак, дитя мое, ты обещаешь не пытаться бежать?

Лилиа молча кивнула.

– Вот и славно. Пока ты не научишься хорошо держаться в седле, тебя будет сопровождать грум, но уверена: ты скоро освоишь эту науку. Поместье велико, Лилиа.