Поваренные книги пауков-людоедов

В общем, Фрэдди – не Уолтер. Значит, урод. Фрэдди – не Густав. Значит, бедняк. Так что же он забыл здесь? К чему упоминание этого растамана – все знают, что Фрэдди белее Натаниэля Бедфорда Форреста, тем не менее, культурная апроприация дает нам право называть Фрэдди растай без угрызений совести – спросите ли вы меня? Короче, этот урод мочканул Уолтера.

Идет как-то Уолт по улице, курит травку и тут – БАМ! – осознает, что травка-то иссякла. Пошел он к Фрэдди. А Фрэдди, истекая слюной, валялся на полу. Уолт к нему в квартирку пришел, дверку открыл.

–Ох! Чувак, – протараторил Уолти, закрыв нос рукой, – место-то премерзкое.

А Фрэдди было пофигу. Лежит себе, да кайфует.

–Будда…

Друг наш – я про Уолта, если что, – не походил на рядовых шотландцев. Потому, говорил он не «Господи». Не «Господь Всевышний». Даже не «Боже». А «Будда». Просто «Будда». В любой ситуации молвил он «Будда». Кто это? А кто его знает. Уолту было начхать.

Поднимает он Фрэдди, по щекам шлепает, будто об грушу боксерскую ладошки разминает.

А Фрэдди ему только:

– Пххххххх…

Слюни летят, на лицо попадают. И Уолта злят. Ну, наш друг и рассердился – уж поверьте, не на шутку. Уолт Фрэдди пнул, пошел в соседнюю комнату. В ящечках пошерудил, таблеточки розовые нашел. Честно, сейчас не вспомню… как бишь их… короче, хрень лютая. Уолту нравилось, похлеще лучшего ганжубаса работало. Таблеточки он взял, на ходу запил, Фрэдди по плечу похлопал, из дому вышел.

Как всегда.

Идет Уолт по дороге, таблеточки действую.

Зрачки расширяются, сердце стучит. Слюни текут, Уолт их вытирает. Крутость нашего брата зашкаливает – вылитый Стэтхем! Уолт – случалось такое нечасто, – присел, чтобы перевести дух. Смеркалось. Хоть было утро.

«Что за колесики он мне подсунул…»

БАМ! В голову залетает очаровательная идея. Пойти к Густаву. И заказать любимый им давно деликатес. Омара. Под соусом Бешамель.

И пошел Уолт в ресторан. И подошел к бару. И потребовал он Густава. Да будет он проклят, коль не выйдет ко мне, не поприветствует, как подобает, не приготовит ему Омара.

Под соусом Бешамель.

Уолт пошел в туалет. На входе тоже какой-то повар. Типа, повар. Весь в крови, грязный, потный.

– Зачет, чувак! Шикарные ботночки…

Три кабинки, освещенные тусклым светом лампы. Уолт – ему это было свойственно, – плюхнулся на сидушку унитаза средней кабинки, предварительно сняв штаны.

Прохлаждаясь там, он вдруг понял, что ему нужно. А нужно ему было как следует отхерачить Фрэдди.