Вопрос и ответ

Посмотрел на мэра Леджера: он лежал лицом в другую сторону, отвернувшись, но его Шум не спал – это был его обычный серый Шум, как когда он бодрствовал.

– Я знаю, што вы не спите, – сказал я.

– У тебя слишком громкие сны, – проворчал он, не оглядываясь. – Она важна для тебя?

– Не ваше дело.

– Нам придется просто это все перетерпеть, Тодд, – сказал он. – Ничего другого нам просто не остается. Выжить и как-то через это пройти.

Теперь уже я отвернулся к стене.

Я ничего не могу сделать.

По крайней мере, пока она у них.

Пока они могут причинить ей вред.

Выжить и пройти через это, ага, подумал я.

И подумал, што она сейчас где-то там.

И прошептал ей, прошептал, где бы она сейчас ни была:

– Выживи и пройди через это.

Выживи.

Пожалуйста.

Часть II

Дом исцеления

5

Пробуждение Виолы

[Виола]

– Спокойно, девочка моя, успокойся.

Голос…

Сквозь свет…

Я открыла глаза. Вокруг все белое – такое яркое, что цвет ощущается почти как звук, и в нем где-то – голос, а в голове у меня мутно, а в боку – боль, и здесь слишком светло, и невозможно думать…

Стойте…

Стойте, я говорю…

Он нес меня с холма…

Вот только что он нес меня вниз с холма и в Убежище, после того как…

– Тодд? – Голос у меня хриплый, весь в слюне и вате, но я накинулась на него, как на врага, заставила, вытолкнула под этот яркий свет, который слепил мне глаза.

– ТОДД?

– Я сказала, успокойся, сейчас же.

Я не узнала голос, женский…

Женский.

– Ты кто? – Я попыталась сесть, протянуть руки, почувствовать, что вокруг… – прохладу воздуха, мягкость…

Постели?

Внутри поднялась паника.

– Где он? – закричала я. – ТОДД?

– Я не знаю никакого Тодда, девочка, – произнес голос, когда смутные формы начали тянуться друг к другу, а яркость разделилась на что-то менее яркое, – зато знаю, что ты не в том состоянии, чтобы требовать немедленной подачи информации.

– Тебя подстрелили, – сказал другой голос – другой женщины, моложе первой, справа, поодаль.

– Закрой рот, Мадлен Пул, – отрезала первая.

– Да, мистрис Койл.

Я моргала, моргала и уже начинала различать то, что было прямо передо мной. Я лежала на узкой белой койке в узкой белой комнате. На мне была тонкая белая сорочка, завязанная на спине. Женщина, сразу и высокая и дородная, стояла передо мной; белый халат с вышитой синим протянутой ладонью на плечах; рот сжат в линию, лицо твердое. Мистрис Койл, стало быть.