Хроника Убийцы Короля. День первый. Имя ветра

Хлеб был мягкий и теплый, масло вкусное. Кусочек я приберег на потом, спрятав его в свой мешок.

С четверть часа миновало в молчании, а потом старик полуобернулся ко мне.

– А ты что, малый, играть, что ль, умеешь? – он указал на футляр с лютней.

Я покрепче прижал ее к себе:

– Она сломанная!

– А-а! – разочарованно протянул он. Я думал, он велит мне слезать, но он вместо этого улыбнулся и кивнул на мужчину рядом с ним. – Ну ладно, тогда уж мы тебя сами позабавим!

И затянул «Лудильщик да дубильщик», застольную, что старше самого Господа Бога.

Секунду спустя его сын подхватил песню, и их грубые голоса слились в простой гармонии, от которой внутри у меня что-то заныло – я вспомнил иные повозки, другие песни, полузабытый дом.

Глава 20

Окровавленные руки – в саднящие кулаки

Было близко к полудню, когда телега свернула на новую дорогу, шире реки, вымощенную булыжниками. Поначалу на дороге была небольшая горстка путников да пара телег, но мне, после того как я столько времени провел в одиночестве, это казалось огромной толпой.

Мы въезжали все дальше в город, и приземистые домики уступили место более высоким лавкам и трактирам. Деревья и сады сменились переулками и лоточниками. Широкая река улицы оказалась запружена сотней повозок и пешеходов, десятками телег и фургонов. Временами попадались и всадники.

Слышался цокот копыт и крики людей, пахло пивом, потом, отбросами и смолой. Интересно знать, что это за город и бывал ли я тут прежде? Прежде чем…

Я скрипнул зубами и заставил себя думать о другом.

– Почти приехали! – крикнул Сет, перекрывая гам. В конце концов улица вывела нас на рыночную площадь. Фургоны рокотали по мостовой отдаленными раскатами грома. Где-то в отдалении пронзительно плакал младенец. Некоторое время мы ехали куда глаза глядят, пока Сет не нашел свободный закоулок напротив книжной лавки.

Сет остановил телегу, и я спрыгнул на мостовую, пока они разминали затекшие руки и ноги.

Потом, как бы по молчаливому уговору, я принялся помогать им разгружать бугристые мешки и оттаскивать их в сторону.

Полчаса спустя мы отдыхали среди груды мешков. Сет посмотрел на меня, прикрыв глаза ладонью:

– А тебе зачем в город-то надо было, а, малый?

– Мне нужны струны для лютни, – ответил я. И только тут сообразил, что не знаю, где отцовская лютня! Я принялся лихорадочно озираться.