Хроника Убийцы Короля. День первый. Имя ветра

Ее лицо слегка смягчилось, и она наклонилась и погладила меня по голове:

– Ну что ты, солнышко, обязательно надо думать, о чем поешь!

Беда, похоже, миновала, но я не удержался и спросил:

– А чем это отличается от того отрывка из «Сколько он ни ждал»? Ну там, где Файн спрашивает у леди Периаль про ее шляпу? «О ней так много говорят, я сам ее примерить рад!» Очевидно же, о чем речь.

Я увидел, как она поджала губы. Она не злилась, но ей было неприятно. Потом вдруг у нее в лице что-то изменилось.

– А ты сам объясни, в чем тут разница! – сказала она.

Я терпеть не мог вопросов с подвохом. Разница-то очевидная: за одно мне влетит, за другое нет. Я немного выждал, чтобы было видно, что я поразмыслил как следует, и пожал плечами.

Мать присела на корточки перед костром, грея руки:

– Разница в том… сходи, принеси треногу, а? – Она легонько ткнула меня, и я полез в фургон за треногой, а она продолжала: – Разница в том, чтобы сказать что-то человеку в лицо и сказать то же самое у него за спиной.

Первое может быть грубостью, но второе называется «сплетни».

Я вернулся с треногой и помог матери поставить ее над огнем.

– А потом, леди Периаль – всего лишь персонаж. А леди Лэклесс – вполне реальный человек, который может и обидеться.

Она взглянула на меня.

– Ну я же не знал! – виновато ответил я.

Должно быть, я состроил достаточно жалостную мину, потому что мать обняла меня, поцеловала и сказала:

– Плакать тут не о чем, радость моя.

Просто не забывай: всегда надо думать, что делаешь.

Она провела ладонью по моей макушке и улыбнулась, как солнышко.

– Думаю, ты вполне можешь искупить свою вину и перед леди Лэклесс, и передо мной, если поищешь сладкой крапивки для супа.

Я был рад любому предлогу избавиться от взбучки и немного поиграть в зарослях у дороги. Так что не успела она это сказать, как я убежал.

Помимо всего прочего, следует пояснить, что с Беном я занимался в основном в свое свободное время.

А так у меня были свои обязанности в труппе. При необходимости я играл юного пажа. Помогал рисовать декорации и шить костюмы. По вечерам чистил лошадей и гремел за сценой листом железа, когда требовалось изобразить гром.

Однако я вовсе не жалел о том, что лишился свободного времени. Безграничная детская энергия и неутолимая жажда знаний сделали тот год одним из счастливейших в моей жизни.