Мой ненастоящий муж

Брюнетка бесцеремонно направила на нее палец и, словно обрадовавшись своей прозорливости, завопила:

– Так и знала, что застану ее здесь! Ах ты, жалкая стерва! Я покажу тебе, как уводить чужих мужиков!

О чем это она? Каких мужиков? Маша уже собиралась ответить, что никого она не уводила и вообще впервые переступила порог этого дома всего полчаса назад, как вдруг девица взвизгнула и, растопырив пальцы, бросилась к дивану.

Совершенно не ожидая такого поворота, Маша в страхе вжалась в спинку. Кто-нибудь спасет ее от этой ненормальной? Изящная рука с длинными ногтями – настоящее холодное оружие – взметнулась над побелевшим лицом.

– Стой, истеричка! – Виктор вовремя перехватил запястье. – Какого черта?

Скрипя зубами, он оттащил девицу в сторону. Маша судорожно вздохнула. Ну и гости у хозяина, что одна, что вторая. Блондинка чуть в воротах не сшибла, эта… Эта вообще какая-то бесноватая – вылитая Гингема! Не хватает только зонта-тросточки да летучих обезьян в сопровождении. Из груди вырвался нервный смешок.

Нет, ей определенно нужна страховка. От несчастных случаев. Маша забилась в дальний край дивана на случай, если чокнутая цапля решит снова напасть.

– Отпусти меня, кобель драный! – визжала брюнетка, вырываясь из цепких рук Виктора. – Я все равно расцарапаю ее смазливую рожу!

Нет, не Гингема. Скорее летучая обезьяна, с когтями! Озвучивать свои мысли Маша не рискнула. Возражать разгневанной женщине, все равно что тыкать в медведя рогатиной. Уж лучше наблюдать молча.

Видимо Виктор был того же мнения, потому как объясняться с истеричкой не стал,  а просто поволок ее к выходу.

Вот и правильно.

Это что ж получается? Девица приняла ее за новую подружку Виктора? Похоже, что так.

Из коридора неслись проклятья и угрозы. И не лопнут же легкие – так орать. На всякий случай, Маша скрутила фигу.

Наконец, девица умолкла. Слышны были лишь ее театральные всхлипывания и тихий голос Виктора. Ага, все-таки сумел найти к ней подход. Вот и славно. Маша немного расслабилась.

Сейчас он выставит девицу за дверь, и можно будет окончательно выдохнуть.

Ну нет, только не это. С губ сорвался невольный стон: за что ж ей такое наказание? В гостиную неторопливо вошел Джек и уставился на Машу печальным взглядом. Похоже, все в этом доме настроены испытывать ее нервы на прочность. Пес медленно подошел к дивану и положил лохматую голову ей на колени.

– Ну, что ты, дружок, так прилип ко мне? – тоскливо прошептала ему. – Шел бы лучше к хозяину.