Танго на граблях

– Это Стас, да? Этот мерзавец все-таки тебя бросил?

Неужели все настолько очевидно? Я взглянула на нее глазами полными слез и зарыдала с новой силой.

Виола прижала меня к груди, позволяя выплеснуть накопившуюся внутри боль. Она все понимала. И в отличие от меня, имела нюх на такие вещи. А еще опыт.

К тридцати годам Виолетта Штерн – потомственная немка и уроженка маленького провинциального городка – успела выдоить немало богатеньких красавчиков. И каждый раз при расставании ей прилетали хорошие откупные.

Салон красоты, которым она сейчас владела – один из таких подарков.

Я же в свои двадцать пять имела за плечами лишь печальный опыт расставаний с разбитым вдребезги сердцем и вылепленный собственными стараниями цветочный бизнес.

– Виолочка, ну почему? – сквозь рыдания простонала я, отстраняясь от плеча подруги.

Та живо вскочила на ноги и принялась мерить шагами комнату.

– Значит, бросил, – резюмировала она сердито. – Выкладывай. Только давай без этих твоих вечных оправданий его свинства.

Она подошла к огромной горке из черного дерева и достала из бара бутылку вина.

Заливая горе белым сухим и время от времени сморкаясь в оставленный мне на память платок, я поведала Виолетте о своих злоключениях.

– Та-ак, – протянула та, когда я, наконец, умолкла. – Значит, сегодня ночуешь у меня, а завтра я позвоню Валере.

– Зачем? – воскликнула я испуганно.

Валера – бывший однокурсник Виолетты отслуживший в ВДВ имел угрожающий вид и весьма непредсказуемый характер.

Однажды он одним ударом выбил зуб соседу просто за то, что тот косо посмотрел в сторону невесты десантника.

– Зло должно быть наказано! – отрезала подруга. – А твой Стасик – настоящее зло. С длинным х…

– Не надо, – застонала я. – Не надо его трогать, прошу.

Хоть Стасик и оказался порядочной сволочью, но отдать его на растерзанье Валере… Сердце сжалось от тоски: я все еще любила мерзавца. Да и как можно разлюбить в одночасье того, с кем прожила под одной крышей целый год.

Точнее, это Стас прожил со мной год. В моей квартире, на моих харчах.

От обиды скрутило живот. Я зарылась в мягкий плед, пытаясь подавить вновь подступающие рыдания.

– Ладно, – задумчиво, словно решая, стоит ли идти на поводу у такой бесхребетной нюни, как я, протянула Виола. – Ладно. Не Валера, Никите расскажи. Это же его друг, вот пусть ему и наваляет.

– Не надо вмешивать Ника, – вынырнула я из своего укрытия. – Ты ведь знаешь, что они давно не общаются.