Я выбираю его

Губы, которые она запомнила слишком страстными, искушающими…

Он переступил с ноги на ногу и поймал ее взгляд.

– Я вижу, тебе нравится, – тихо сказал он, словно самому себе. В его взгляде промелькнуло нечто, на миг взбудоражившее чувства Хелен, но вот Алекс отвернулся, и она задалась вопросом, не померещилось ли ей это. – Я покажу, где ты будешь работать.

Она кивнула, вошла в спальню, затем вернулась с портфелем и толстым блокнотом.

– Твоей сестре четырнадцать, верно? – начала Хелен, когда они отправились из апартаментов вдоль по тихому коридору.

– В марте будет пятнадцать. – Его взгляд внезапно стал спокойным. – Разве ты никогда с ней не встречалась?

– Однажды. Габриэла приглашала ее на прием в посольство в прошлом году.

– Ах, правильно… Бал по случаю Рождества в июле. – Они повернули налево и остановились у лифта. – Она была в восторге и всем совала под нос приглашение, в котором ее называли особенным гостем. – Алекс нажал на кнопку лифта.

– Твоя мать не смогла тогда прийти.

Она ведь была больна?

– Да. – Он внезапно уставился на свои руки.

«Странно». Хелен нахмурилась, но не успела ничего сказать, как заговорил Алекс, по-прежнему пристально смотря на закрытые двери лифта:

– Той ночью ты впервые меня поцеловала. На кухне, помнишь?

Она резко подняла на него глаза:

– Это ты поцеловал меня.

Он усмехнулся:

И потом ты сказала, чтобы я отвалил.

– Ты был парнем Габриэлы.

– Одним из многих.

– Ты обвиняешь мою сестру в том…

– Угомонись, Хелен! – Двери лифта открылись.

 – Мы оба знаем, что Габриэла любит развлекаться, во всех смыслах этого слова. Пока она жила в городе, я был для нее декоративным дополнением. Но я определенно не был единственным, кого она любила.

«Я не могу об этом говорить». Хелен вцепилась в портфель, пристально глядя на закрывающиеся двери лифта, когда на нее нахлынули воспоминания, опаляя кожу.

– Расскажи мне о Челси.

Он помолчал, давая ей понять, что заметил, как она переменила тему разговора.

– Она замечательный ребенок и многообещающая теннисистка. Внешне нахальная и жесткая, но в душе…

– Типичный подросток, уязвимый и неуверенный.

– Да. – Он посмотрел на Хелену и едва заметно улыбнулся. – Что ты можешь об этом знать?

– Все. – Они вышли из лифта и пошли через мраморный вестибюль. – Я была новичком в школе, помнишь? И иностранкой.

– Я помню твой первый день в школе.

Как он может забыть? У любого парня при виде новенькой слюнки текли.