Золотой дождик

Никитос Кристине не особо был по душе, он был совсем бездарным. У него была семья, дочка и скрытые переписки в whats’up, которые он прослушивал всегда внимательно и трепетно. Но о нём чуть позже. Как-то мы собирались в кино и покатили в магазин, девчонки не жались друг к другу. Хороший знак. Юрец заторможен, но от этого его шутки становились только смешнее. Он знает своё дело. Макс повернулся ко мне.

– Я, кстати, так и не спросил, ты что, вино в баре купил?

– Какое?

– Вон то.

Оно каталось с ним уже пару недель.

Они достали бутылку и принялись смеяться.

– Ты что сбрендил? – сказал Макс – Ха-ха. Она же там втридорога! Сколько ты отдал?

– Вот умора! Мы оценили, какой ты богатенький Буратино.

Вечер, парковка почти пуста. Мы тормознули на верхней, той, что не крытая. Так идти дольше, но плевать. Мне за пацанами было не угнаться. Макс тоже шутил шикарно. Он никогда не смеялся над своими шутками, по этому его ирония приходилась не всем по душе. Подруга Кристины сказала мне наедине:

– Я всегда с ним чувствую себя неловко.

Я не понимаю, шутит он или говорит серьёзно.

Она чувствовала себя дискомфортно. Остальные смеялись над всем, что он говорил. Просто нужно понять, что у него режим, а не конкретный выстрел. Если он настроен позитивно, то просто смейся над всем, что он говорит, а потом уже догонишь.

– А вы вообще, что-то едите? – спросил Юра и потянул Кристину за кофту, там, где должна была быть талия.

– Смеёшься? – ответили они, – знаешь, знаешь, как говорила наша «такая-то» Михайловна? – Кристина жестикулировала руками.

 – Она говорила открывайте рот…вот так. Да-да, открывайте рот, как рыбки в воде, вот так…и глотайте воздух, и наедайтесь. Как рыбки, воздухом.

– Больная что ли?

– Эй, не надо так. Она – женщина ответственная. Несчастная правда, алкоголичка, но большая молодец.

– Я о своей маме также отзываюсь, – сказал Макс.

Это тот гипермаркет, где работал я и Никита. Да, я всех сюда тяну. Мы катили тележку по центральной аллее в свете высоченных потолков.

Лампы жужжат как комары – это слышно только ночью, когда сидишь в тишине на складе…з-з-з-з-з-з-з-з. Но сейчас их жужжание прерывалось нами и его как будто не существовало вовсе. Людей мало, охранников мало, один. За всю дорогу я увидел одного бывшего коллегу в служебном жилете, я его знал и помахал. Он был печален и с этой хренью для регулировки цены, что напоминает ЗЕВС из CS’ки… никогда не мог запомнить, как она называется.