Низкая походка 3

Да так, что всё содержимое вылилось на писанину Лоунса.

Я прижался к столу. Стиснул зубы, чтобы не засмеяться. Хотя скорее не загоготать.

Когда он повернулся и заметил что произошло, я услышал вначале звук похожий на начало ураганного ветра, а затем громкое, всем известное ругательство. Касалось оно проститутки в обиходе мужицкого жаргона.

Согласен, мужик. Это жестоко. Почти так же, как заставлять меня прятаться за столом и лежать в неудобной позе в вентиляции, пока ты тут наслаждался приятной компанией.

То я называю справедливостью.

Подобное не касается меня, если я остаюсь в минусе.

– Сука! – крикнул мужик, убирая испорченные чернилами листки.

Честно, кажется, будто меня ругает.

Но это тоже справедливо. Ибо я отношусь к крику, как человек к таракану. Неприятен, но жить можно.

Лоунс убрал три-четыре листа со стола, выругался совсем непонятно ещё пару раз в нос и обошел стол. Я снова начал от него убегать за углы. Приятно что света мало – думаю, при свете дня он бы меня давно заметил.

Мужчина ненадолго залез в кладовую, чем-то промокнул листы и снова заорал:

– Блядь!

После чего зашипел, с силой смял листы у себя в руке и кинул их в сторону. Как же приятно после такого было слышать звук открываемой двери, вместе с удаляющимися шагами главы банка. В таком случае я даже засмеяться посмел. Негромко, правда. Понимая, что мой шанс всё прочитать и вернуть бумагу на место наступил, я немедля начал рассматривать конверт в своей руке. Он у меня немного стал влажный от пота на пальцах, однако свою форму сохранил, что радовало.

Ибо с самого начала я хотел вернуть конверт в комод для предотвращения неприятных казусов и возможного скорого расследования.

Мои глаза уставились на аккуратно сложенный пергамент в руке. После чего я моргнул, прищурился, пригляделся к запечатанному гербу банка.

Мотнул головой. Понюхал воск на стыке краёв язычка с самим конвертом.

Решил сравнить запах со старыми запечатанными конвертами. Снова забрался на комод, открыл тот ящик что открывал ранее.

Нашел те бумаги, с которыми соприкасалась нужная мне и понюхал их пломбы.

Дело принимало хреновый поворот.

Конверт мисс Ворнель скрывали без её ведома.

Я перепрыгнул на стол хозяина банка, слегка нагрел пломбу над свечой, достал свой кинжал, поддел воск чтобы осторожно открыть бумажку. Получилось. Открыл лист и удивился от объема текста перед собой.

Две строки. На первой написано "Джозефина". На второй номер, что я немедленно запомнил.