Во власти проклятого короля

Может быть, пришло время признаний? Вы расскажете, кто вы и откуда, а я обещаю не раскрывать ваше инкогнито, если это не нарушает интересы Радора, – удобно допрашивать, развалившись в кресле, в то время как ответчик еле стоит на ногах напротив. Но это ему маленькая компенсация за вчерашнее долгое напрасное ожидание за дверью.

– Мне нечего вам сказать.

– Тогда предлагаю рассказать про ваши шрамы на голове, которыми вы пытались добиться жалости и сочувствия от сударыни Мадин.

Шрамы! Она ему рассказала! И что теперь? Кому верить? Единственный человек, которому она открылась в этом мире, предал.

Тошно. Алене показалось, что она снова умирает. Ноги подкосились, и она медленно опустилась на пол. Взгляд окончательно потух. Пусть делают, что хотят. У нее больше нет сил бороться. Наступила защитная реакция мозга: он отключился от реальности.

Вацлав наблюдал за девушкой со стойкой уверенностью в наигранности ее глубокого отчаяния. А как она пошатнулась и опустилась на пол! Можно поаплодировать. Но они не на сцене.

– Вы долго собираетесь там сидеть! – в голосе слышалось крайнее раздражение. Только вот Алена его не слышала или не хотела слышать. Мужчина медленно поднялся и приблизился к несчастной. Пустой взгляд смотрел в никуда, сквозь него. Девушка не отреагировала ни на обращения, ни на похлопывания, ни на брызги воды.

Это не может быть игрой. Король выскочил в коридор. Вдалеке маячила фигура старшей воспитательницы. «Доктора! Немедленно!» – приказ отдавался эхом среди высоких стен.

Вернувшись в кабинет, мужчина очень осторожно поднял девушку и перенес на диванчик в углу. Она по-прежнему не реагировала на происходящее, еще больше напоминая птенца, чем при первой встрече. Однако в этот раз не взъерошенного и неопрятного, а подбитого, погибающего. Приходи в себя! Ты же можешь! Ты должна!

Осмотревший Алену доктор вынес единственно возможный вердикт – эмоциональный шок. Решили перенести воспитанницу в комнату и доверить заботе сударыни Мадин. В обвиняющем взгляде напуганной женщины на короля читался немой упрек: «Что вы с ней сделали?»

Глава 12

Выздоровление наступало медленно, но верно.

Молодой организм стремился восстановиться против воли своей хозяйки.

Сударыня Мадин покаялась в том, что проговорилась о ранах Алены, стремясь ее защитить от напрасных обвинений. Радор забегал с извинениями лично. Ему было почти искренне стыдно за ситуацию с подмешиванием алкоголя. Поклялся, что злых намерений не имел.