Постигающий

Брат повел меня к нашему руднику. Я тут бывал пару раз. Ничего интересного. Измученные Добывающие и Пробивающие. Все покрыто черной сажей. Здесь еще уголь добывали. Вестр с гордостью показал на здание цеха. Здание стало больше. А кабинеты бывшего Управляющего и трех Считающих объединили. Теперь там работал брат Вестр. Добывающие уважительно кланялись нам. Да, брат, важный человек. Мы перекусили и потом поехали к дому брата, который тот снимал. Хороший двухэтажный дом.

– Тебе девочку найти на ночь? – ехидно спросил брат вечером.

– Нет. Спасибо, – я примерно представлял, что делают с девушками. Брат рассказывал.

На следующее утро я вернулся в таверну к остальным, и мы продолжили путь. Мария вытащила откуда-то книгу и передала мне.

– Лер, Обучающий Винстром настоял, чтобы вы занимались в пути.

– Трясет же?

– Читайте, когда будет ровный участок дороги.

Я попробовал так сделать. Карету начинало трясти, и текст прыгал перед глазами. И я забывал сразу, что прочитал до этого.

Приходилось перечитывать. Так, за телл я едва прочитал одну страницу.

– Ну, ладно, лер, не мучайтесь. Будем заниматься на привале и перед сном.

– Ну, Винстром, – пробурчал я тихо. И с наслаждением захлопнул книгу. Смотреть в окно кареты было интереснее. Особенно когда мы проезжали разные деревеньки. На большой яме можно было подпрыгнуть и удариться о низкий потолок головой. Для меня низкий. Я редко куда ездил. Я ведь не важный человек. Может, после обучения я стану немного важным.

И буду много ездить.

Мария хорошо составила путь. К вечеру мы подъезжали к таверне в каком-либо городе или деревне. Несколько раз Охраняющие ночевали на сеновале. Они не возмущались. Я с интересом смотрел на местных жителей, дома. Говорили со всеми Мария и Бевел. Геленквейл находился на юге, почти в центре Тазама. Здесь очень плодородные земли. Распаханные поля тянулись нескончаемым потоком. На пастбищах паслись коровы и козы. Ближе на юг тракт стал еще более разбитым. Иногда мне казалось, что зубы от постоянного стука скоро вывалятся.

Мария посмеялась и сказала, что не вывалятся. С Марией я мог говорить, что думал. Она никогда не обзывалась.

Один раз мы попали под сильный ливень. Он зарядил с утра. Прислуживающий сказал, что идти будет долго. Мы решили вернуться назад в город и переждать в трактире. Дождь лил два дня. Как обычно мне сняли отдельную комнату. Среди ночи ко мне вдруг пришла Мария. На ней была какая-то прозрачная накидка.