По зову Илиады. Поэма в прозе

Вдруг вбегает сын его Теламон,

С волнением радостным говорит:

«Услышали Боги твой сердца стон,

Остров наш опять начал жить!

Выйди же скорее, отец!

Ты увидишь великое чудо!

Солнце ярче светит с небес,

А под ним ходят живые люди!»

Вышел Эак из своих покоев

И увидел живыми тех,

Кто во сне воплощался из роя,

Наяву он увидел их всех.

Остров вновь возрождён

И каждый знает своё место,

Чудом был Эак поражён

И молитву вознёс он Зевсу:

«Благодарю тебя, отец,

За столь щедрые дары!

Я слышу биение тысяч сердец

Тех, кто с ветром упал со священной коры.

Мой остров станет их домом,

Их род пустит здесь корни!»

По небесам промчал раскат грома

И сверкнули юркие молнии.

Как один, сказали люди,

Доселе бывшие муравьями,

Что царём у них он будет,

И каждому слову его внимали,

Их взгляды были теплее солнца,

А сердца были преданностью полны;

Имя народу дано «мирмидонцы»,

Что означает – муравьи.

Он вновь возродил былую честность,

Для него это было главным,

И в старости приобрёл он вечность,

На земле оставив правду.

После смерти оставив шёпот шагов,

Подобно Миноса и Радаманта власти,

По воле олимпийских Богов

Он стал судьёй в подземном царстве.

Откуда солнышко лучи спускает,

Из синевы святых небес,

За людьми, придавая сил, наблюдает

Великий предок Ахиллеса.

С чёрным парусом корабль

Средь флота выделяет солнце,

Развевается непобедимое знамя,

Под которым плывут мирмидонцы.

На смерть идут достойно

Те, чьи предки – муравьи,

Они сильные и смелые воины,

И рвутся в бой, как львы.

Ахиллес подошёл к Патроколу

И полушёпотом сказал,

Чтоб меч пока не трогал он

Чтобы он не воевал.

Патрокл разгневался и изумился:

– Для чего тогда я здесь?

Для чего мечом владеть учился?

Меня влечёт победа, а не месть!

Ахиллес не хотел сдаваться:

– Покажешь ещё свою ты силу,

Я не могу одновременно драться

И следить, чтоб тебя не убили.

Пообещай, что не бросишься в бой,

Что угомонишь ты молодости пыл,

Много пролитой крови за моей спиной,

И шрам былой битвы ещё не зажил.

Посмотри в глаза ты этим воинам!

В их глубине ликует гнев,

В них нет жалости и боли

Там смерть терзает плоть, как лев!

Ты ещё молод, пойми.

Будет ещё не один военный поход,

А пока ярость ты устрани,

И дождись отстающий от нас флот.