По воле дураков

За эти три года, что он прожил в семье магов, молодой Сокол смог подружиться со всеми: начиная от прислуги и заканчивая Ареем и его семьей. Сигурд частенько ходил со стражниками патрулировать территорию имения, помогал старому Вико, да упокоится его душа, ухаживать за лошадьми, поваров учил некоторым рецептам своей Родины. В общем, среди тех, кто вышел провожать юношу домой, равнодушных не было.

Альберто не спеша шел к воротам. В душе он очень сильно привязался к этому парню, ставшему для него не просто учеником.

Многие маги, к которым посылают студиозуса из страны Мечей, брезгливо и с недоверием относятся к своим обязанностям. Обычно, они спихивают гостя на кого-нибудь из слуг или стражников. Но Архимаг был не таков. По мере своих сил он рассказывал Сигурду о Кордерии, приобщал его к культуре магов, помогал изучать различную литературу и произведения искусства, брал воина с собой в странствия. В свою очередь, воин никогда не отлынивал и словно губка впитывал все то, чем Архимаг с ним делился. Взаимного доверия между странами можно достичь, только если жители обоих государств будут верить в возможность мирного сосуществования. А кто кроме детей, может эту самую идею реализовать в будущем?

Как бы оттягивая момент прощания, Альберто остановился, чтобы взглянуть на закат. Конечно, довольно глупо было позволять Сигурду уезжать в ночь, но воин настоял, что хочет уехать именно сегодня.

– Я смотрю, ты даже надел старые вещи, в которых прибыл ко мне. Озадачил же ты нашего портного, когда попросил расшить штаны и рубашку под нынешний твой размер, – Голос Архимага зазвучал над толпой собравшихся, которая сразу начала расступаться перед ним, словно волны перед кораблем.

 – Всегда поражался тому, как твои сородичи додумались сделать наплечники из соколиных перьев.

Сигурд смущенно поправил плащ с этими самыми наплечниками и улыбнулся:

– Ничего не имею против ваших дублетов, колетов, симарр и прочего. Но при выборе одежды я предпочитаю удобство красоте. А ваши обтягивающие штаны уж точно удобными не назовешь.

– Даааа, – протянул Арей, – видимся последний раз, а вы решили поговорить об одежде, как будто больше сказать нечего.

Альберто положил руку на плечо сыну:

– Не злись, мой мальчик. Такое всегда случается, когда людям приходится прощаться. Ничто так не отвлекает от тоски, как разговор ни о чем, я ведь прав, Сигурд?

– Как всегда, господин д'Эсте, как всегда…

– У меня есть для вас, дети, небольшой презент.