По воле дураков

Подойдя к крепкой железной двери в конце коридора, Фабрицио Бруни и Дознаватель Санто тихо произнесли заклинания, дающие доступ в это помещение. Когда дверь распахнулась, их взгляду предстала картина, которая повергла бы обычного человека в ужас. На двух креслах находились тела Голиафа и Тассо, и, хотя прошло много времени, их почти не затронуло разложение, спасибо ледяной магии Старшего Дознавателя Леона Моро из отделения в Капраре. Благодаря ему тела были доставлены в целости и сохранности до самой столицы.

А теперь убийцы находились в подвале крыла Дознавателей. Без верхних частей черепа. В неясном свете масляных ламп, в большом количестве развешанных под потолком, словно звезды на темном небе, взглядам Дознавателей предстала кровавая картина «допроса после смерти».

Младший Дознаватель Ремо мыл инструменты у стены. Он был молод, всего 27 лет, поверх его черной сутаны был надет фартук, весь залитый кровью. Длинные волосы заплетены в хвостик на затылке, от чего лицо его казалось вытянутым вперед, что лишний раз подчеркивал длинный острый нос.

Дознаватель Санто остался у двери, прижимая ладонь к лицу и отворачиваясь от жуткой картины.

– Я смотрю, ты нормально реагируешь на… подобные вещи, – проговорил Бруни, приглаживая выбившуюся прядь волос назад.

– Так точно, господин Главный Дознаватель. Мой отец был доктором, я пошел по его стопам, только… я предпочитаю работать с мертвыми пациентами.

Лицо Фабрицио скривила зловещая ухмылка, Санто сзади старался подавить рвотные позывы.

Похлопав слабого желудком Дознавателя по плечу, Бруни подошел к трупам.

– Ну, выкладывай, что тут у нас.

– Слушаюсь, господин Главный Дознаватель. Я провел полное обследование мозга убийц. Похоже, что Голиаф вообще ничего не знает, – Дознаватель немного замешкался. – С Тассо совсем иначе, он знает все, но…

Главный Дознаватель начинал терять терпение. Видно было, что Ремо нервничает, не хочет сесть в лужу, ведь это его первое серьезное дело:

– Ну, давай, сынок, говори, что ты увидел?

– Я лучше покажу.

Смысл «допроса после смерти» заключался в том, чтобы извлечь недавние воспоминания из памяти убитого. Время, на которое можно было вернуться в его памяти назад целиком и полностью зависело от того, кто проводит допрос и насколько важными, для покойника, были эти воспоминания. Ремо хоть и был новичком, но в Академии он получил лучшие баллы именно за эту дисциплину.