Пура Менте

Модуль с утробным гулом нырнул в небо и спустя пять минут пристыковался к грузовому кораблю с присобаченным пассажирским отсеком.

Заняв свободную каюту, которая была побольше его земной квартиры, Андроу привычно улегся на матрас.

– Сколько лететь?

– Время в пути девяносто восемь часов.

– Ффф, – выдохнул Андроу, – далековато забрался.

И подумал: «Тем лучше, тем лучше». Через крошечный иллюминатор Андроу видел, как от их махины отстыковался последний взлетный модуль, и планета Земля стала уменьшаться.

– Вернусь, когда разбогатею, – попрощался с домом Андроу и на девяносто восемь часов занялся тем, что умел лучше всего: есть, спать, серфить в сети.

Но не так просто отключить мозг. Порой глаза переставали видеть экран, и мысли о поганой, такой несправедливой жизни одолевали Андроу. Он думал долго, до исступления, до боли в затылке. Какая-то сухая, отупляющая, ни на кого ненаправленная ненависть заполняла сознание.

Детство. Что дало ему детство? Ничего, кроме четырех стен и болтовни с двоюродным братом, пока мама и тетя работали дни и ночи напролет. И денег все равно никогда не было. Да, он родился в тяжелые времена, когда исчезли последние бесплатные развлечения и за все нужно было платить, даже за вход в гребаный парк. Что ему дала Земля потом? Ничего. Он честно отучился год в госучилище, затем полтора года искал работу, и даже два года отработал. Но работай он еще хоть сто лет, все равно не приблизился бы к мечте ни на йоту.

Работать ради того, чтобы потолок был повыше, а дом стоял в городе? Бредовая мотивация.

За четверть часа до подлета к орбите МегаЭдема, Андроу отправился в посадочный космический модуль. Он оказался единственным, кто спускался на планету. Остальные вышли раньше или летели дальше.

Все происходило почти как в очках виртуальной реальности. Только иллюминатор был какой-то мутный, засаленный, словно на него раз двести чихнули.

И не было баб. Ха! Как странно, почему это они не загорают около космодрома? Рекламный художественный вымысел мать его, не пытайтесь повторить.

При посадке слегка тряхнуло и дверь открылась.

– Круто, – вдохнув полной грудью, оценил Андроу.

Кислородные планеты стоили баснословных денег. А вот спутник, где нужны купола и герметизированные жилые модули, запросто можно было выиграть на конкурсе.