Цвет махаона

Ты в своем рисовании, мама вечно пьет, а я, как клоун для этих уродов в колледже…

– Билл, я в своем рисовании, потому что мне это нравится, – отложив книгу в сторону, сказал Чарли. Он сел, свесив ноги с кровати. – А мама сегодня вечером будет трезва… вот увидишь… ей завтра на работу.

– Нет… ты меня не понимаешь, – задумчиво говорил Билл. – Я хочу, чтобы все было как прежде. Как тогда… помнишь, когда тебе исполнилось шесть и мы поехали в Нилз в парк аттракционов? Хочу, чтобы было как тогда!

– Такого больше не будет! – сказал Чарли.

 – Время идет, все стареют. Аттракционы для мелюзги…

– Хочешь сказать, что не хотел бы вернуться в детство? – спросил Билл и подсел к Чарли.

– Туда можно вернуться, когда захочешь, только…

– Что?

– Иногда это выглядит глупо, – сказал Чарли. – Натянуто. Представь, я тебе дам пожарную машину, с которой в детстве часами возился. Ты сможешь ее гонять с тем же интересом?

– Да! – ответил Билл.

– Ага… – говорил Чарли. – Я не поверю! Взрослые всегда делают глупости, но не замечают, как это глупо выглядит со стороны.

– Они веселятся.

– Или делают вид!

– Не будь занудой, – сказал Билл.

– Я говорю то, что вижу. И рисую так, как вижу!

– Ты молодец! – сказал Билл. – Я верю в тебя… и мне действительно тебя не хватает!

– Мне тебя тоже не хватает! – прошептал Чарли.

– Прости, если обидел, – произнес Билл.

– Ничего! – ответил Чарли и обнял брата.

Билл улыбнулся и прижал Чарли к себе. В памяти проносились моменты жизни до появления Джона.

Тогда было все хорошо и ничего не предвещало беды.

– Ладно, мне пора на работу! – сказал Билл, встал с кровати и вышел из комнаты.

– Удачи! – тихо произнес Чарли, понимая, что брат его слов не услышал.

После работы Билл вернулся домой. На диване сидела немного протрезвевшая мама, а рядом с ней Чарли. Они разговаривали, рассматривая фотографии в альбоме. Билл улыбнулся и поднялся в комнату. Он переоделся в чистую одежду, спустился в кухню, налил всем молока и сделал бутерброды.

Билл оставил поднос с едой на столе и собрался уходить, но Мила окликнула заторможенным голосом:

– Билли, а ты что, с нами не посидишь?

Он потянулся рукой к волосам, окидывая взглядом комнату.

«Ну же! Ты им нужен! – говорил внутренний голос. – Останься!»

Билл присел рядом, обнял брата и маму. Он чувствовал, что все наладится. Мила за вечер ни разу не потянулась к бутылке.

– А вы помните, что будет в следующую субботу? – внезапно спросил он.