Обитатели пустоты

Утром и вскрою тело, а на сегодня мой рабочий день окончен! – Он зажал историю пациента под мышкой, взял трость и, подойдя к спортивной сумке, поднял ее. Собрался уходить, но перед ним встал Александр.

– Прости, но нужно сделать дело, – разгладив черные усы под острым носом, произнес Александр. – Два часа работы, а разговоров, будто уговариваю тебя на поле боя топать. Уже бы вскрыл. Поверь, там все очень загадочно и подозрительно.

– Нет! – ответил Родион и обошел товарища.

Александр хмыкнул, томно глядя в пустоту, словно скованный цепями злобы.

Он потер нос, задрал подбородок и взглянул на белый потолок, под которым черными точками у люминесцентных ламп кишела мошкара. Набравшись воздуха, Александр закатил глаза и поинтересовался:

– А что это ты, Рыжий, все время носишь в сумке?

Родион остановился, поставил сумку на пол и ответил:

– Если интересно, то открой и посмотри. Мне скрывать нечего!

– Я похож на того, кто будет рыскать по чужим вещам?

– Ну мы, Саш, не чужие люди.

Все-таки со школы знаемся.

– Да брось ты мяться, – расплылся Александр. – Не заставляй меня идти на грубость!

Родион развернулся, подошел к Александру и взглянул в его глаза. Он усмотрел в них необузданный азарт. Вернувшись за стол, упал в кожаное кресло, издавшее неповторимый скрип, и, откинувшись на спинку, сварливым тоном справился:

– Опять на повышение идешь?

– Если бы, – ответил Александр и сел напротив него на стул. Он облокотился на стол и продолжил: – Если не хочешь читать историю Гринева, да в ней и мало тех подробностей, что бушуют в моей голове, то я расскажу тебе все.

Вот увидишь, ты сам запылаешь тем интересом, что обволок меня. Уж очень подозрительна судьба этого человека!

Родион взглянул на часы и, выкатив грудь, сложил руки на животе. Отдавшись спиной креслу, он без особого интереса причмокнул губами, а затем разразился тягучим, до безобразия противным голосом:

– Слушаю!

– Петр Гринев – наш, местный, калужанин, – заговорил Александр с такой интонацией, будто у доски читал доклад.

 – Ему тридцать три года, учился в восьмерке, недалеко от нас. Хоть он и старше на три года, но странно, что я его не знал, ведь он в «карпухе», ну, в сквере Карпова тусовался. Это я узнал, когда посмотрел его фотоальбом. Видимо, знатным неформалом был. С ним на фотографиях много наших общих знакомых. Так вот, этот Гринев работал в местной фирме отделочником.