Вероломное племя

Спустя часы, в ту минуту, когда солнце выплыло из-за верхушки острозубых гор, Серая Пятка встретил соплеменников. Они во главе с Рукой, Восставшей Из Пепла двигались на север, к истоку реки Бивер. Серая Пятка, приблизившись к ним, остановил изможденного коня и, подняв ладонь к небу, поприветствовал собратьев. Те посмотрели на него так, будто увидели мертвеца. Никто из охотников не решался заговорить первым. Рука, Восставшая Из Пепла поравнялся с ним в плечах и пристально посмотрел в его темные глаза.

– Что с твоей грудью? – грозным голосом спросил он.

– Нам нужно поговорить наедине.

– У тебя есть тайны от семьи?

– Нет, но…

– Так говори, – отрезал вожак.

– Я пытался его спасти, – говорил Серая Пятка. Его руки тряслись, а зрачки мельтешили, словно над ним вершили суд. – Не смог. Их было много…

– Ситсов? – спросил вожак.

– Да!

– Они по ту сторону реки?

– Нет! Ситсы будто ждали нас в самом начале леса.

Рука, Восставшая Из Пепла мотнул головой и громко произнес:

– Здесь будет остановка! Нам с Серой Пяткой нужно переговорить.

– Нельзя туда ехать! – влез Длинный Язык Белой Ящерицы.

– Знаю, – ответил Рука, Восставшая Из Пепла. – Поэтому и остановка.

Он отвел Серую Пятку в сторону, на такое расстояние, где их никто не услышал бы. Рука, Восставшая Из Пепла поглядывал за охотниками, но не терял бдительности в слежке за поведением соплеменника.

– Ты сделал то, о чем я просил?

– Не совсем, – Серая Пятка увел взгляд.

– Что это значит?!

– Ситсы. Их было много. Я едва унес ноги. Как видите, пришлось побороться! – он достал из тряпичного мешочка отрезанный палец и показал его вожаку.

– Это еще зачем?

– Вижу, вы мне не верите. Кина мертв, и это все, что я успел унести в доказательство.

Вожак сплюнул, наградил ненавистным взглядом Серую Пятку и проскрежетал:

– Идиот! Он нужен им живым!

– Его убил один из них, – оправдывался Серая Пятка.

– Они не настолько глупы, чтобы так поступать с Киной!

– С чего такая уверенность?

– Ты многого не знаешь.

– Что я должен знать?

– Кина нужен Длинному Когтю, – с тревогой на желтоватом лице говорил Рука, Восставшая Из Пепла. – Не кому попало, а именно ему! Два заклятых врага: один добыча, а второй охотник. Длинный Коготь пытается поймать Кину уже больше двух столетий.