Рейдер

– Шпионит, – мрачно предположил Мальков. – На рейдеров работает.

– Ни на кого я не работал и не работаю! – вскипел Прошкин. – У меня не было выбора! Они подставили моего сына! Или я делаю, как скажут, или мой сын садится в тюрьму на несколько лет. Ты бы поступил иначе?

Прошкин рывком поднялся и, с шумом оттолкнув стул, двинулся к выходу.

– Подождите, – жестом остановил его Артем. – Ваш сын хотя бы вышел на свободу?

Зам по науке понурился:

– Пока нет. Его обещали выпустить под подписку о невыезде сегодня утром.

– А кто предложил вам эту сделку? – не отпускал его Артем.

– Один опер из городского отдела милиции, – убито сказал Прошкин и вдруг испугался: – Но я не буду называть его фамилию!

– А кому вы дали доверенность?

Прошкин на секунду задумался:

– Его фамилия Кухаркин. Я его не знаю и раньше не встречал… Все! Больше я ничего не скажу!

Зам по науке двинулся к выходу, но, когда он рванул дверь на себя, там оказался огромный охранник с поднятым для стука кулаком.

– Извините, Александр Иванович, – через плечо Прошкина обратился он к Батракову, – но там подъехал джип…

– И что?! – раздраженно рявкнул Батраков.

Охранник виновато пожал бугристыми плечами:

– Они говорят, что они новые хозяева.

Ложь

Петр Петрович ехал в Москву на предельной скорости. Чтобы не скучать, нашел на радио новости, но почти сразу же раздраженно выключил. Интервью министра экономического развития ничего нового не содержало, а главное, министр заблуждался в самых очевидных понятиях.

Да, именно коррупция и несовершенство законов помогали рейдерству, но кто сказал, что это плохо? Весь жизненный опыт Петра Петровича упрямо говорил: по-настоящему быстрый рост бизнеса возможен лишь там, где законы еще несовершенны, а власти коррумпированы. И как только законники учтут все, а чиновники перестанут «брать», мир просто остановится.

Величайший рейдер современности никогда не стеснялся лгать; уж он-то знал, что ложь – один из важнейших инструментов ведения современного бизнеса, ибо каждый, кто скажет правду о своих доходах, переместится в самое начало списка жертв – найдутся охотники.

Петр Петрович никому без нужды не платил, никогда не выполнял обещаний, данных с глазу на глаз, не брезговал обращаться к уголовникам, а особенно бестолковых клиентов «воспитывали» нанятые им «гориллы». Нет, он вовсе не был жесток; жестокой была сама жизнь, в которой всегда побеждает сильнейший.