Сеть

Ну рассрочки или отсрочки по выплатам банку. Банк не заинтересован, чтобы довести тебя до ручки, ему нужно вернуть свои «кровные». Что касается ночных звонков и угроз так называемых коллекторов… Похоже, ребята просто заигрались. Это чистой воды криминал. Сегодня же составим заявление в местный отдел полиции и прокуратуру, пусть проводят проверку.

– В прокуратуру?

Карина выглядела испуганной.

– Именно. Даже если это официальное коллекторское агентство, зарегистрированное в реестре, они не имеют права выходить за пределы своих полномочий.

Новый закон запрещает ночные звонки, я уж молчу про угрозы и порчу твоего имущества. Ничего не бойся. Свои права нужно отстаивать. Да, к слову. Ты кто по профессии?

– Бухгалтер.

– Хм…

Павлов на мгновение задумался, подперев подбородок кулаком. Бросив совершенно случайный взгляд, Карина с удивлением отметила, что руки медийного адвоката не выглядят изнеженными.

«Похоже, этими руками он может не только бумаги перебирать или подписи ставить, – пронеслась у нее в голове мысль, – но и дать хороший отпор, когда это потребуется…»

– Ближе к вечеру я позвоню тебе, – наконец сказал Артем.

 – Мне нужно переговорить кое с кем, и, возможно, мы решим эту проблему. Ты ведь не против вернуться к работе? В качестве бухгалтера?

– Конечно, – пролепетала Карина. Все происходящее начало казаться ей фантастическим сном. – Спасибо… я хотела сказать…

Она поймала взгляд адвоката, цепкий и пристальный, и с трудом выдержала его.

– Нет. Сейчас не об этом! Ты не все рассказала мне, – спокойно произнес Павлов.

Карина молча смотрела адвокату прямо в глаза. Где-то в отдаленных закоулках сознания внутренний голос шептал, мол, никакой пользы от того, что сейчас она изольет душу случайному знакомому, не будет.

«Зачем ему знать это? Чем он сможет помочь мне?» – в смятении подумала она, нервно покусывая губы.

– Карина, я тебя не тороплю. Сейчас самое главное – прийти в себя. Найти себя, если так можно выразиться. Вспомни, как ты выныривала сегодня ночью.

Как хватала ртом воздух. Помнишь?

– Еще бы, – невольно улыбнулась женщина.

– Ты должна сделать то же самое, только в своем сознании. Понимаешь? Поднимись на поверхность, фыркни, стряхни с себя воду, оглянись по сторонам!

– Ты умеешь убеждать, Артем, – тихо сказала Карина. – Не знаю, но почему-то я тебе безоговорочно верю. Поэтому и расскажу все, как было. О своей дочери. Но… Не пожалеешь? Вникать в чужое горе – это не сказки на ночь слушать.