Невеста

– Рад вас слышать, – пропыхтел следователь, явно не ожидавший этого звонка. – Как вас забудешь… Что у вас? Осмелюсь предположить, что вы с Ясновой решились на чистосердечное признание и сотрудничество со следствием?

– Вынужден вас огорчить, увы, – ответил адвокат. – Но у меня к вам имеется предложение. Моя подзащитная высказала пожелание о проверке ее показаний на детекторе лжи.

– Еще чего придумали, – проворчал Милещенко. Он помолчал, словно подыскивая аргументированный отказ. – У следствия нет необходимости в проведении подобных исследований.

– Позвольте вам напомнить, если в показаниях участников уголовного процесса имеются противоречия, то, согласно письму прокуратуры Москвы от 2005 года, назначается психофизиологическая экспертиза с применением детектора лжи, – сообщил Артем.

Милещенко никак не отреагировал на слова адвоката.

– Владимир Яковлевич, Яснова сама предложила эту экспертизу, – мягко продолжил Павлов. – Подумайте, какой резон ей идти на этот шаг, если она заведомо вам лжет? Поймите, если вы откажете ей в этом, суд встанет на мою сторону, и, уж поверьте, я все равно добьюсь проведения этого исследования.

– Господин адвокат, вам, надеюсь, известно, что результаты полиграфа не могут являться доказательствами в ходе судебного разбирательства? – спросил Милещенко.

– Прямыми, безусловно, нет. А вот в качестве косвенных они вполне могут сыграть свою роль, особенно при выборе окончательного судебного решения. И вы это тоже знаете. Владимир Яковлевич, мне не совсем понятно, что вас смущает.

Милещенко некоторое время недовольно дышал в трубку, потом бросил:

– Пишите ходатайство. От Ясновой – заявление. И еще. Если мне покажется, что предложенная вами контора – всего лишь несерьезная «шарашка» с улицы, пеняйте на себя, вынесу отказ. Я уж молчу про сертификат и право проводить СПФИ[2 - СПФИ – судебное психофизиологическое исследование.].

– Учту, – коротко ответил Павлов, мазнув взглядом по часам.

Завтра истекают сорок восемь часов, которые отведены органам следствия на сбор доказательств. Если суд сочтет их несостоятельными – Кристина уже через несколько часов будет свободна. Если нет…

Артем даже боялся думать об этом. Он вспомнил ее беспомощный взгляд, ее широко раскрытые глаза, мокрые дорожки от слез на щеках и дал себе слово идти до конца, чтобы освободить Кристину.