Цианид по-турецки (сборник)

Продравшись сквозь танцующих, временами используя скалку в качестве рычага, я устремилась к лестнице и ястребом спустилась вниз.

У выходных дверей дежурил охранник, сонный как артерия. Сладко зевая и вежливо прикрывая рот рукой, он сообщил, что за последние минут пятнадцать из здания никто не выходил, зато прибыло семейство крокодилов и, сильно понизив голос, добавил, что у него такое подозрение, что это сам мэр города со своей свитой. Меня не заинтересовали его сны, и я велела ему никого не выпускать.

– Но, уважаемая, это вам не Древняя Греция! – охранник окончательно проснулся и, сильно картавя от волнения, бескомпромиссно ринулся на борьбу за права человека.

 – У нас уже более двухсот лет как есть конституция!

– Не беспокойтесь, через пару минут я пришлю к вам вашего начальника для подтверждения моих указаний. Его уже ищут.

Арафат и вправду оказался шустрым парнем, и вскоре охранник получил официальный приказ. Я поинтересовалась наличием запасного выхода, и человек в костюме администратора, очень полный мужчина лет сорока пяти, в кипе, уже не способной полностью прикрыть его расползающуюся лысину, убедительно помахал перед моим носом толстой связкой ключей.

Администратор, назвавшийся Марком Коэном, постановил, что надо прекратить празднество и танцы. Мне не удалось убедить его, что до прибытия полиции этого делать не следует, ведь может начаться паника, давка и все такое. Мистер Коэн, решив показать, кто тут главный, категорически настоял на своем.

Музыка прекратилась, и администратор коротко сообщил о случившемся.

Раздались крики, ахи и охи женщин. Веселье испарилось, как не бывало. Лишь дети продолжали носиться и путались под ногами. Марк Коэн предупредил, что до прибытия полиции никто не имеет права выходить из здания и заходить в туалетную комнату на втором этаже. Он понимает и сожалеет, что причиняет определенные неудобства, но придется пользоваться лишь туалетом первого этажа.

Я спустилась вниз, чтобы встретить полицию.

Глава 3. Печальный конец Билла Лесли

Полиция прибыла в кратчайшие сроки, наверняка побив собственный рекорд.

– Инспектор Майлс? – от удивления вскрикнула я, заметив среди полудюжины полицейских знакомое лицо.

Если бы инспектор Майлс родился киноактером, ни за что бы не доверила ему роль инспектора полиции. Добродушное лицо, местами в оспинах, длинные пушистые ресницы, придающие теплоту взгляду, заметная склонность к полноте… Вот в роли доброго дедушки он смотрелся бы куда естественнее.