Каббалист (сборник)

Хорошо взялись, подумал Кирман. Он и теперь не чувствовал беспокойства. Он еще не решил: миновать цепь незаметно или позволить солдатам обнаружить себя. В прямом противостоянии он мог проверить свои реальные возможности, но сам факт драки без четкого представления о последствиях вызывал внутреннее сопротивление. Непременно будут ушибы, ранения, а может и похуже… Этого нельзя было допустить, и Кирман выбрал скрытный вариант – вполне, как он думал, опробованный.

А хорошо бы полететь отсюда напрямик через озеро над стаями птиц, над голубой водой, над прелыми запахами осени.

И – на базу, спикировать над поселком, Бет сейчас стоит у окна, в глазах слезы, она еще не пришла в себя после допросов Рихтера, в лаборатории ее не ждут, а те несколько типов, что топчутся под окном, – не помеха.

Почему, подумал Кирман, мне пришла в голову идея о полете? Неужели я смогу?.. Почему бы… Ведь все мы летаем в детских снах. Значит, в организме есть память о прошлом, а скорее – о будущем, о потенциальной способности, спрятанной в генетической памяти, как и телепатия, телекинез, и прочие странные возможности, но если способность к телепатии все же изредка прочитывается, то умение левитировать не читалось, скорее всего, ни разу, были только попытки и тогда – сны.

Хорошо бы… Кирман понимал, что это игра воображения, у снов должно быть иное объяснение, левитация противоречит законам природы.

Размышляя, Кирман внимательно следил за вертолетами. Его еще не увидели, но машины приближались, и сейчас… через три секунды… через одну…

Меня здесь нет, подумал он, четко представляя, что видят сейчас экипажи вертолетов: скалы, песок, эхинокактусы, зеленую кайму озера и покрытые камышом берега реки.

Никого. Конечно, приборы показывают, что внизу стоит человек. Но то приборы: техника, как всегда, ошибается. Никого там нет.

Самолет сопровождения слишком высоко, хотя что значит «высоко», на какое расстояние он способен внушать? С майором Рихтером у него был контакт – это около семидесяти миль, а здесь всего четыре или около того.

Ерунда. Пилоты самолета тоже ничего не видят на своих экранах.

Кирман представил лица летчиков, когда они вернутся на базу и займутся записывающей аппаратурой. Там-то все останется. Можно внушить что-то людям, но не электронике. Или и ей можно? Не отвлекаться. Излишняя вера в собственные силы – опасный враг. Меня нет. А лучше, если бы не было их. Чистое небо.

Что-то изменилось. Для солдат, офицеров, следивших за воздухом, пока не изменилось ничего.