Тривселенная

– Присоединитесь ко мне…

– Виктор, не будем пререкаться, – раздраженно сказал Аркадий. – Лев Николаевич слушает… Ты знаешь, что погибла Раскина?

– Да, – мгновенно ответил Виктор и добавил после небольшой паузы: – Тебе удалось что-нибудь узнать?

– В технических деталях я не разбирался, – сказал Аркадий. – А в мотивах… Думаю, да.

Виктор хмыкнул.

– Приезжайте, – разрешил он и отключил линию.

– Поехали, – сказал Аркадий Льву Николаевичу и, вставив магнитную карту в боковую прорезь стола, оплатил счет.

Через несколько минут они спускались на стоянку, в лифте никого, кроме них, не было, Подольский смотрел куда-то поверх головы Аркадия и думал о чем-то – вполне вероятно, о том, какую часть информации лучше утаить от детектива, воображающего, будто он разобрался в причине смерти Генриха Натановича.

– Вы верите в Бога? – неожиданно спросил Аркадий.

– Что? – не сразу сообразил Подольский и почему-то испугался. – В Бога? Н-не очень.

– Это к слову, – улыбнулся Аркадий. – В Бога я тоже не верю, поэтому и задачу эту решил не сразу. Почти целый день понадобился, и вот… смерть Раскиной. Если бы я был умнее, она осталась бы жива.

– Нет, – вздохнул Подольский. – Не осталась бы. После того, как умер Генрих… Что-нибудь все равно бы случилось. Не это, так другое.

Они вышли на стоянку, и Подольский направился к своей машине – неуклюжему «ареану». Аркадий последовал за ним, думая о том, что за своей машиной ему придется либо возвращаться на такси, либо просить знакомых из полиции, чтобы перегнали транспорт на домашнюю стоянку, либо… Нет, на метро он из-за этого ездить не станет.

Подольский молча вывел «ареан» из гаража и сразу рванул в третий эшелон, не собираясь передавать управление автопилоту. Аркадий смотрел в правое окно на проносившиеся во встречном потоке грузовики. Здесь, в верхнем эшелоне, личных машин практически не было, и, по идее, автоинспекция должна была засечь «ареан» и примерно наказать водителя.

Никто, однако, их не остановил до самого поворота к Юго-Западу, а здесь идти поверху смысла уже не было, и Подольский нырнул, пересекая по глиссаде все окружные трассы. Вот тогда-то и запищали сразу несколько предупредительных сигналов, а на штрафном дисплее замелькали, увеличиваясь, числа.