Удар гильотины

Музыки не было никакой, но гул тихих разговоров создавал ощутимый звуковой барьер, отделявший, помимо тонких перегородок, кабинки друг от друга.

– Кого вы ждали, Кристина? – спросил Манн. – Меня или господина Кейсера?

– Вас, – сказала журналистка. – О присутствии там господина Кейсера я даже не подозревала.

– Знаете, Кристина, – улыбнулся Манн, – после нашего разговора я все время думал о том, под каким предлогом мне вам позвонить и договориться о встрече. Вроде бы все вопросы я вам задал и больше ни о чем…

– А позвонить просто так, – перебила Кристина, – и пригласить в ресторан вам мешало ваше самолюбие?

– Нет, – Манн покосился на издателя, сидевшего с отрешенным видом и дожидавшегося то ли чего-нибудь крепкого, чтобы выпить, то ли чего-нибудь успокаивающего, чтобы прийти в себя.

 – Просто я решил, что вам со мной будет не интересно. В живописи я так мало понимаю…

– Думаете, я понимаю больше? – рассмеялась Кристина. – Я о ней пишу, это так. Видела множество картин – от бездарных до гениальных.

Могу каждую из них разобрать на составляющие, разбираюсь в стилях, школах и направлениях. Но если вы думаете, что я понимаю, как в голове художника – я имею в виду не мазилу, а настоящего живописца, – как в его голове рождается идея, – не композиция, не цветовая гамма, – именно идея… Я не представляю, а ведь это самое главное, что присутствует в любом творчестве. Идея, мысль, наитие. Почему у одного человека все это есть в избытке, а другой – пустое место?

– Вы меня поражаете, – пробормотал Манн.

 – Я часто думаю о том же самом.

Официант принес кофе и сок, а для Кейсера рюмку «кальвадоса», и удалился, улыбнувшись Кристине такой тонкой, исчезнувшей сразу после своего появления улыбкой, что Манну, с одной стороны, почудилось, что они давно и хорошо знакомы, а с другой – что ему всего лишь почудилось. Он подумал о том, что именно Кристина выбрала это кафе и привезла их сюда на своей машине, но выводов делать не стал, представляя, куда они могут его завести.

Впрочем, какая разница? Но ему почему-то было неприятно думать, что Кристина и этот молодой парень, приехавший из одной из стран Магриба…

– Вы хотели что-то мне сказать? – спросил Манн, отогнав ненужные мысли. – И как вы меня нашли?

– Ватсон, это очень просто, – важным голосом произнесла Кристина и, не выдержав, прыснула. – Послушайте, Тиль, вы думаете, только профессионал умеет складывать два и два? Вы занимаетесь делом о смерти Койпера.