Конус жизни

Проблема в том, что, совершая или не совершая какие-то поступки, обычно не просчитываешь последствия, а если пытаешься просчитывать, то максимум на один-два хода вперед. И дело здесь не в том, что у тебя плохая интуиция или ты, в принципе, не умеешь анализировать. Напротив, обычно, чем больше ты анализируешь ситуацию, тем чаще ошибаешься. Потому что в жизни вообще нет ясно просчитываемых дорог, разве что самые примитивные одноходовки, которые тебе, конечно, удаются, и ты начинаешь считать себя гроссмейстером.

В подавляющем же большинстве действительно интересных и важных случаев правильный (хотя даже понять, что называть правильным, удается не часто) анализ невозможен из-за того, что известны лишь три-четыре факта из десяти. Или три из ста. А бывает – только пять из тысячи. И большинство привходящих обстоятельств, даже если они известны (чаще – нет), выглядят несущественными, неважными или не относящимися к делу, хотя реально именно от них зависит исход.

Эти мысли и раньше иногда приходили в голову, когда я в, казалось бы, ясном деле натыкался на стену, которой не должно было быть. Но ум у меня практический, а не аналитический, и потому, когда недели через полторы после разговора с программистом, у которого я даже не спросил имени, он прислал мне электронное письмо с требованием – представьте, он требовал! – немедленно явиться в отдел криминалистики, я решил, что ничего у него не получилось (я ведь ожидал, что ничего у него не получится).

Когда, выждав часа полтора, я спустился к криминалистам, парень встретил меня странными словами:

– А вы не боитесь, детектив, что и до вас доберутся?

– Кто? – спросил я просто потому, что вопрос напрашивался.

– Понятия не имею, – отрезал он. Кстати, только тогда я узнал, что зовут его Стенли Вакшанский. – Но, я вижу, окружность сужается, и вы находитесь близко к центру.

Я потребовал объяснений, и Вакшанский объяснил, перемежая нормальные слова с ненормальными – вроде «регрессии», «сигма-отклонение» и «фрактальности». Если убрать лишние слова (убрал ли я именно лишние слова – вот вопрос), то получилось вот что.

В последние полтора года (такой промежуток времени Вакшанский использовал для поиска корреляций) произошли двадцать три случая, подпадавших под мое описание в широком смысле.