Ярость Севера. Книга 1

Толпа здоровенных мужиков выпила ее за одну ночь, и несколько дней подряд они ходили, опьяненные, по городу, не в состоянии что-либо понять. После, еще несколько недель, они мучились от страшных болей и рвоты. Один викинг умер в сильных судорогах. К счастью, сам Сокнхейд не пил из бочки, потому что был с семьей.

Астрид перевернула Паля на спину. Он был синий, глаза закрыты, а на голове виднелась огромная вмятина от удара. Топор Хакона скользнул по черепу, не проломив его, но при этом порвав огромный кусок кожи.

Это выглядело крайне ужасно. От большой кровопотери Паль посинел, и не было никаких признаков жизни. Астрид посмотрела на бочку, от нее по льду до места, где лежит Паль, тянулась широкая протертая полоса. У девушки в голове мелькнула мысль, что, возможно, он уцепился за нее и она принесла его к берегу. Астрид отстегнула поясной ремень на мокрой шкуре Паля и просунула свою руку к его груди. Она положила ее на сердце и стала ждать. Редкие удары биения сердца чувствовались с трудом, казалось, что их вовсе нет.

– Живой! Ах! – вскричала Астрид и, выронив лепешку, быстро побежала обратно к пастбищу.

Она вбежала в свой маленький временный домик, в котором, к слову, было очень тепло от углей в печи, и быстро схватила все имеющиеся сухие шкуры. Ей удалось найти три теплые овечьи шубки и одну большую медвежью, но очень старую и вонючую. Астрид перевязала их широким поясом и бегом помчалась обратно к заливу.

Ниялль с отрядом подошли к воротам Йорвика.

– Хакон, иди постучи! Пусть открывают!

– Не стану я стучать, похож я разве на пса? Тебе нужно – ты и стучи! Ты не главный, и я не раб, чтобы выполнять твои приказы. – Хакон вышел вперед, сжимая в руках тяжелый топор. – Довольно! Я тебя наслушался, ведешь себя как конунг! Но ты не он! И я тебе подчиняться не стану!

– Не конунг? – Ниялль улыбнулся и подошел к Хакону. – Пока что не конунг! А ты как раз таки пес, но я не стану убивать тебя сейчас.

Я убью тебя завтра, зарублю, как старую псину. – И Ниялль с силой оттолкнул от себя Хакона так, что тот отлетел на пару метров и после камнем рухнул на землю.

– Где мой топор? Я топор потерял! – Хакон от обиды стал похож на ребенка, который уронил свою игрушку. – Ты ответишь за это! Слово даю, видят Боги… мой топор! Где он!

Ниялль посмотрел на него, как на животное, ухмыльнулся и что есть сил стал пинать деревянные ворота Йорвика.