Даркут: взросление. Том 1

Возле зеленого пруда на одного из мальчиков напали огромные кузнечики и откусили голову. Другой во время охоты угодил в сеть пустынного паука. Когда его обнаружили, насекомое уже успело высосать из несчастного все внутренности.

Через пять дней ученики подъехали к Змеиному каньону. Причудливыми поворотами ущелья он и вправду напоминал ползущую змею. Кроме того, округа кишела гигантскими змеями и скорпионами.

Впрочем, всех животных быстро уничтожили. Потому что все земли вокруг на время игр заполнили приезжие даркуты.

Их не остановили даже боевые действия между Селенг-тарханом и ябгу Судани. Как обычно, люди приехали вознести жертвы богам и посмотреть на Жестокие игры.

Чиун еще в жизни не видел такого скопления народу. Даркуты приехали целыми тэйпами, с женщинами и детьми. Они возводили временные кибитки. Повсюду ревели гауры и мычали овцебыки.

Следуя указаниям Дэуды, стаи расположились на стоянку у южного прохода в каньон.

Помимо учеников лагеря Иргилэ, в Жестоких играх участвовали и взрослые.

Победители получали призы – табуны гауров, стада овцебыков или марги, домашних антилоп. Ученики, уцелевшие после игр, после окончания обучения могли претендовать на зачисление в бори, гвардию каана.

Расставив две кибитки, Чиун с друзьями с позволения вожака отправился поглядеть на каньон.

– Не ввязывайтесь в драки, – напутствовал Ышбар, тряся рукой с обглоданной лопаткой овцебыка. – Успеете умереть во время игр.

Мальчики вышли со стоянки и направились к каньону, чьи тенистые стенки темнели неподалеку.

Драки, между тем, случались повсеместно. Не поделив между собой места для кибиток или поспорив из-за быстрого гаура, взрослые даркуты вступали в схватки. Победитель забирал имущество проигравшего: деньги, овцебыков, гауров и женщин. Стариков и детей обычно убивали.

Ученики Иргилэ шли между стойбищ, обсуждая подсмотренные бои.

– Видел, как он одним ударом расколол череп? – восторженно спрашивал Кынык. – Все-таки, боевой топор – сильная вещь!

Его мясом не корми, только дай подраться.

Подрастая, Кынык с каждым годом все сильнее превращался в свирепого воина.

Перед входом в каньон помощники шаманов, одетые в длинные балахоны, устанавливали килису, временный храм. Они складывали ветки для жертвенного костра. Они уже установили высокий продолговатый каменный алтарь со знаком «аджи», повернутым равносторонним крестом, заключенным внутрь круга и надписями.