Что там, за дверью? Собрание сочинений в 30 книгах. Книга 24

За четверть часа пути старший инспектор успел выслушать то ли исповедь, то ли служебный отчет Кервуда и знал теперь, что живет Стефан один, с женщинами у него проблемы, потому что хочется ему ответственных отношений, а в деревне не то чтобы нет серьезных женщин, но у всех мужья, молоденькие же, вроде Салли Копленд, к жизни относятся слишком легко, хотя вообще-то здесь действительно спокойно, за все эти годы не случилось, слава Богу, ни одного убийства, а пьяные драки происходят частенько, хотя – слава, опять-таки, Богу, – без последствий для здоровья драчунов, и разбирать приходится, в основном, имущественные претензии, а прошлой зимой у Дайверов пропал мальчишка, искали всей деревней и нашли, конечно: парень заблудился буквально среди трех сосен.

Поэтому исчезновение леди Элизабет стало событием, о котором все только и говорят, сэр Эндрю, возможно, хотел бы замять это дело, но не получится, а объяснений он давать не желает, уехала, мол, к подруге, и точка, не ваше, мол, дело, при чем здесь полиция, когда Лиззи жива и здорова…

– Может, действительно? – спросил Бронсон, когда машина остановилась у аккуратного одноэтажного домика с черепичной двускатной крышей.

 – Может, все так и есть?

Старший инспектор вышел из машины и с наслаждением потянулся. Господи, подумал он, какой здесь воздух! Чем пахнет? Трава, понятно, а еще были какие-то запахи, очень приятные, возбуждающие, но определить их происхождение Бронсон не мог, в Лондоне так не пахло, в городе вообще другие запахи, и люди другие, и проблемы.

Уехала женщина к подруге – кто станет беспокоить Ярд по такому нелепому поводу?

Кервуд пропустил старшего инспектора в темную прихожую, а оттуда повел в гостиную, где стоял большой стол, окруженный стульями с высокими спинками, будто забором, и еще в комнате был диван времен Эдуарда VII, а в застекленном книжном шкафу Бронсон увидел корешки книг, которые он читал в юности – ни одного нового издания, сразу видно, что хозяин не ездит в город и вполне доволен своим деревенским существованием.

Я бы так не смог, подумал Бронсон.

– Сейчас мы поедим, и я покажу тебе твою комнату, ты сможешь отдохнуть с дороги.

– Пока мы будем есть, – сказал Бронсон, – я хотел бы услышать всю эту историю. Только, если можно…

– Точно и коротко, – усмехнулся Кервуд, перестилая скатерть. – Не беспокойся, Майк, я знаю, ты думаешь, твой бывший сотрудник стал словоохотлив, как деревенский сплетник.