Проблема наблюдателя. Собрание сочинений в 30 книгах. Книга 19

Параллельные миры не взаимодействуют, а наши две вселенные, напротив, находятся в тесном взаимодействии. Но, в основном, на уровне гравитации. Наши вселенные связывает гравитационное поле, поле тяжести. Искривление пространства-времени.

– При чем тут… – попытался перебить друга Сильверберг, но Мэгги положила ладонь мужу на руку, и тот не закончил фразу. Впрочем, Розенфельд и не расслышал.

– Пранделли тоже опубликовал несколько работ – в отличие от Кольбера, в престижном «Физикал ревю».

Применил остроумные математические приемы… вам это неинтересно… но убедительного результата не получил. В общем, у Кольбера была безумная идея гравитационной связи вселенных, а у Пранделли – возможность просчитать математические модели. Так они сошлись…

– И рассказали об этом тебе, – пробормотал Сильверберг, и на этот раз Розенфельд услышал. Сделал паузу, чтобы выпить несколько глотков кофе.

– Кольбер, – сказал он, – рассказать уже ничего не мог, а Пранделли – да, я с ним пообщался.

От личной встречи он уклонился, но был не против разговора по телефону. Конечно, он в депрессии, хотя никто после смерти Кольбера не предъявил ему никаких претензий, никому в голову не пришло обвинить его в гибели коллеги.

– Естественно, – вставил Сильверберг, но Розенфельд уже опять слышал только себя, да и смотрел на Мэгги, а не на друга.

– Я тоже ни намеком не дал понять…

– И на том спасибо, – буркнул Сильверберг, – иначе Пранделли подал бы жалобу в полицию и был бы прав.

– …Говорили мы о темном веществе, о том, как интересно было Пранделли работать с Кольбером, хотя они терпеть не могли друг друга, это Пранделли признал без моих наводящих вопросов. Наука может объединить даже врагов по жизни, вот что я вам скажу! Остальное я понял сам – собственно, способ убийства непосредственно вытекал из расчетов, опубликованных в одной из их общих статей. Никто, как я понимаю, не сопоставил это со смертью одного из авторов.

– А ты, конечно, сопоставил, – пробормотал Сильверберг.

– Скажу больше! – Розенфельд взмахнул руками, сбил со стола чашку – к счастью, уже пустую, – успел подхватить ее прежде, чем она упала на пол, поставил на блюдце, улыбнулся Мэгги и после этого «сказал больше»:

– Пранделли – как я понимаю, по указаниям Кольбера – сделал расчет распределения вещества в «соседней» вселенной.