Уходящие в темноту. Собрание сочинений в 30 книгах. Книга 22

Секунду спустя кокон растаял, а Хьюго, опустив взгляд и, видимо, тоже не очень хорошо себя ощущая, сказал стесненным голосом:

– Да… То есть, нет, не упоминал. И…

– Вы хотите что-то сказать? – нетерпеливо спросила миссис Аллен. Она не любила, когда подчиненные, которым было указано на дверь, задерживались и начинали говорить лишнее. Свои проблемы каждый должен решать сам.

– Нет, ничего, – пробормотал Хьюго и, выйдя в коридор, тихо прикрыл за собой дверь.

Он должен был сказать. Но не знал – какими словами.

Вечером, когда миссис Аллен будет ехать со старшим сыном ужинать в ресторан «Трубка мира», на выезде с бульвара Альбрехта испорченный светофор не вовремя переключит сигнал, и машина вылетит на перекресток как раз тогда, когда начнется движение по Двенадцатой авеню. В «крайслер» миссис Аллен врежутся сразу две машины, и все кончится очень быстро. Все кончится – наверно, кончится жизнь, но этого Хьюго знать не мог, потому что в странной памяти будущего наткнулся на стену, сквозь которую не мог видеть.

Вернуться и сказать. Что? Привиделось? Подумалось? Вечером… когда? Он не знал. Завтра? Через год? Лет через десять? Хьюго попробовал представить… он видел окружающее глазами миссис Аллен, не понимал, сколько ей (мне?) лет, и не мог обернуться, чтобы посмотреть чужими глазами на сидевшего рядом сына. Хьюго знал, что он там, но смотрел (смотрела?) только вперед, на дорогу. Щемящее ощущение, когда знаешь и не можешь сказать.

Знаешь – что, но не знаешь, когда.

Хьюго переминался с ноги на ногу у двери кабинета, думая о том, что, если вернется, то возьмет на себя ответственность не за сказанные слова, а за две жизни, которые все равно оборвутся в нужный (кому?) момент.

С чего он взял, что миссис Аллен изволит его выслушать и, тем более, поверить? Хьюго прислушался – из-за двери доносился громкий требовательный голос, директриса говорила по телефону.

Он поплелся к себе, ощущения в ногах были такие, будто он только-только отошел от сильнейшего спазма в щиколотках.

– Почему ты так долго? – встретила его Мария. Она сидела в кресле, прижав книгу к груди, и смотрела на Хьюго взглядом испуганного зайца.

– Что-нибудь случилось? – обеспокоился он.

– Я… – Мария помедлила. – Я боюсь быть одна. Никогда прежде такого не было. Наоборот, мне нравилось… Может, обстановка так на меня действует?

– Или книга, – мягко произнес Хьюго.