Уходящие в темноту. Собрание сочинений в 30 книгах. Книга 22

Здесь только прямые отрезки, прямые углы, похоже на множество лабиринтов, верно? Вы утверждаете, что все пиктограммы разные? С помощью довольно простой графической программы это можно сделать, и кто-то, как видите, сделал – сам факт отсутствия одинаковых пиктограмм свидетельствует о том, что это мистификация. Будь это некий язык или попытка подделать какой-нибудь язык, в тексте было бы довольно много одинаковых пиктограмм. На планете нет и не было языка – живого или мертвого, – в котором символы так или иначе не повторялись бы при создании осмысленного текста.

– То есть, – заключил Хьюго, забирая книгу из рук Говарда, – данный артефакт не представляет ценности ни в полиграфическом, ни в библиографическом смысле?

– Вы меня спрашивали о полиграфии. Нет, абсолютно никакой ценности. Библиография? Это не ко мне, господа. Но, если хотите знать мое мнение…

– Безусловно, – быстро сказал Хьюго.

– Вы, как библиограф, нашли бы место для этой книги в вашей библиотеке? Можете описать ее библиографическую принадлежность? Можете хотя бы сказать, что это именно текст, а не альбом с рисунками, нарисованными компьютером по программе какого-нибудь шутника?

Хьюго промолчал.

– Вот видите. Единственное объяснение – чья-то мистификация. Почему именно в вашей библиотеке? Ищите ответ у себя, в Фарго. И знаете, что я думаю? Если вы наберетесь терпения, через неделю шутник даст о себе знать. Они же делают это для паблисити, для скандала, хотят, чтобы о них говорили, чтобы имя попало в прессу.

– Нет, – сказал Хьюго, – об этом и речи быть не может.

Он прекрасно себе представлял, что скажет директриса, если заметка о странной книге появится на странице «Фарго таймс».

– Тогда ждите, и шутник сам придет, – заключил Говард и посмотрел на часы. – Если у вас больше нет вопросов…

– Только один, – сказала Мария.

– Хм… – Говард пожевал губами. – Знаете, мисс, на подобных числовых совпадениях прокалывались многие эксперты. В девяносто третьем мой коллега в Филадельфии получил для экспертизы текст, в котором было шестьсот шестьдесят шесть предложений, а каждое предложение содержало по семь слов.