Клоны. Собрание сочинений в 30 книгах. Книга 13

– Я не понимаю, – подала голос Памела, – почему ты решил… Ты даже со мной не посоветовался.

В голосе жены Себастьян услышал обиду, что было естественно, и покорность, а это было совсем неестественно, противоречило характеру Памелы, как заморозки в летнюю жару.

– Не было времени, дорогая, – сказал Себастьян. – Следи, пожалуйста, за Элен.

– Послушайте, – произнес Лоусон, – это не о вас ли? Сделайте громче звук в приемнике.

Себастьян повернул верньер.

«…не первый случай, к сожалению, мы помним, как в прошлом месяце осудили Диану Кремптон, убившую своего приемного сына»…

Голос показался Себастьяну знакомым.

– Дура! – сказала Памела. – Ты что, не узнал? Это же миссис Бакли!

«Вы думаете, что приемные родители девочки намеренно наносили ей побои? – спросил голос радиожурналиста. – Это так ужасно»…

«У девочки на теле множество кровоподтеков! – голос воспитательницы возвысился до праведного пафоса. – Каждый день – новые! Девочка плакала, когда я спрашивала, бьют ли ее мама или папа, они так запугали ребенка, что она даже слово боялась произнести в их адрес!»

– Вот гадина, – сквозь зубы сказала Памела.

– Дай послушать! – прервал жену Себастьян.

«Вы пробовали говорить с приемными родителями? Как они объяснили кровоподтеки на теле девочки?»

«Никак! Они отказались отвечать на мои вопросы!»

– Что? – вскричала Памела. – Какие вопросы? Она хоть раз со мной говорила на эту тему?

«И тогда вы обратились в комитет по опеке?»

«Я сама член местного комитета в Хадсоне, собрала коллег, и мы решили…»

«Обратиться в полицию?»

«Зачем так сразу? Наши представительницы отправились домой к этой парочке и, предвидя, с кем им придется столкнуться, взяли с собой представителя власти.

«Не является ли это вашим упущением, миссис Бакли? Ведь органы опеки должны были тщательно все проверить, прежде чем давать семье разрешение на…»

«Мы проверяли! Все было в порядке, но люди так меняются, мне и в голову не могло прийти, что такие спокойные, такие, я бы сказала, общественно значимые»…

«Извините, миссис Бакли, – прервал журналист, – у нас сейчас реклама, а потом мы продолжим, и вы расскажете нам, чем закончилась эта леденящая душу история.